Семён Резниченко.
Триллеры Татьяны Коган и коллективы выживания
Татьяна Коган – восходящая звезда российской биллетристики, работающая в жанре психологического триллера. В 2014 году издательство ЭКСМО запустило новую серию автора «Чужие игры». Первый роман серии «Только для посвященных» вышел в сентябре 2014. В ноябре вышло продолжение истории, роман «Мир, где все наоборот», в январе — «Человек без сердца», в апреле — «Амнезия души». Пятый, финальный роман серии называется «Отпусти своего демона». В перспективе Татьяна может потеснить на небосклоне популярной литературы многие известные, ставшие привычными имена. И дело не только в несомненном литературном мастерстве и занимательности сюжета. Романы Коган затрагивают на редкость по-настоящему актуальную тему – проблему коллективов выживания.
Исходная точка — человек одинок и никому не нужен. Человеку никто не хочет помогать, никто не хочет его защищать, решать его проблемы. С него только хотят получать. И он, бедненький, такой же, как и все. Никому ничего, всё себе. За нас что-то лучше или хуже действуют государственные службы, иногда – волонтёрские организации. И потому мы – абсолютные и добровольные «рабы системы».
Есть ещё низкая плотность социальных связей. Как писал Эрнест Хемингуэй : «Этот был моим другом по теннису, другой – по литературе». Одни вопросы мы решаем с другими людьми, другие – с другими. Отдыхаем с третьими, люби четвёртых. Восхищаемся, ещё кем-то, желательно далёким и чуждым. И всё это вне какого-либо человеческого объединения. Вернее, мы соприкасаемся сразу со многими группами людей, чаще всего непрочными и рыхлыми.
Единые народы с более или менее едиными устоями ушли в прошлое. Представители одного народа теперь далеки друг от друга, как жители разных планет. Или как «разные биологические виды, по высказыванию Шендеровича. Только Шендерович сильно упрощает структуру этих «биологических видов». Люди не делятся на «быдло и небыдло», всё гораздо более сложно, извилисто и нестабильно. Как уже было сказано, «биологические виды» аморфны и нестабильны. Люди могут переходить из одного «вида» в другой, сами виды постоянно гибнут, расщепляются, появляются новые.
Это те самые псевдовиды Эриксона, хорошо известные социальной психологии. Просто в наше время, особенно в развитых странах, их стало очень много и они стали малочисленными, непрочными и рыхлыми. Так же единство «старых», крупных псевдовидов очень подорвано. Но тоже приобрели рыхлость и текучесть.
Однако всё то всё мы неоднократно слышали и видели.
По крайней мере, в России очень многие борются за создание собственных социальных миров для себя и для своих. Хотя бы на уровне круга общения. Несколько реже эти группы привлекаются для решения конкретных жизненных проблем. Тогда они становятся коллективами выживания.
Иногда борьба за создание таких коллективов принимает не слишком приятные формы. Например, хамство церковных бабушек в отношении молодых людей, зашедших в церковь. К благочестию и канонам поведения всё это не имеет ни малейшего отношения. Просто бабушки хотят, чтоб никто, кроме их тесной кампании в храме не появлялся. А если хочет появляться, то должен получить разрешение и «пройти прописку».
Именно об успехах и трудностях, с которыми сталкиваются желающие создать свой коллектив выживания, пишет Татьяна Коган.
Романы писательницы удивительно точно показывают, насколько возможности людей, объединённых в коллектив выживания выше, чем у «обычного человека». Их силы словно удесятиряются, неразрешимые в одиночку проблемы становятся вполне решаемыми, у человека появляется уверенность в себе, чувство защищённости. Он словно возвышается над обществом, получает возможность делать то, что не одобряется формальными институтами.
Но появляются и серьёзные проблемы. Коллективы выживания в нашем обществе нелегитимны и нет устоявшихся представлений, какими они должны быть и что им делать. В других же, более традиционных обществах, даже о формально абсолютно незаконных структурах доподлинно известно, что они могут и должны, а что нет…
Наши же коллективы выживания практически все являются недавними и иногда случайными импровизациями. Поэтому нередко у них нет чётких представлений о целях, средствах и границах возможностей, последствиях своих действий. Где нужно думать о своих интересах и прихотях, а где – об интересах других, коллектива в целом.
Понимание всего этого может дать только долгая активная практика и выработка устойчивых принципов выживания в конкретных, стабильных, сложившихся условиях.
Нередко критики «Социогнозиса» и других воззрений, отстаивающих коллективы выживания и самоорганизацию, обвиняют коллективы выживания в криминализации, сектантстве, подрыве единства общества.
И в этом есть значительная доля правды. Однако другого выхода, кроме создания коллективов выживания, у современных людей нет. Государственные институты, корпорации и благотворительные фонды, рабами которых они являются, де факто обслуживают всё меньше людей. Так как без большинства из нас современное производство и инфраструктура вполне может обойтись. И чем дальше, тем больше людям придётся заботится самим о себе. И не всем окажется это по плечу. Особенно тем, кто не вписан в коллективы выживания.
Не подумайте, книги Татьяны Коган – не социологические трактаты, ни «Что делать» Чернышевского, ни «Воскресение» Толстого. В них нет нудного морализаторства и рассуждения об абстрактном. Зато есть закрученная интрига, криминал, секс, наркотики и рок-н-ролл. И преданная, по-настоящему крепкая любовь и дружба между людьми. …
Сложные и актуальные социально- философские истины сами приходят в голову читателю после прочтения сочных описаний жизненных коллизий. В плане описания реалий современных российских коллективов выживания с книгами Татьяны Коган может поспорить разве что «Кома» Эргали Гера.