Социогнозис: краткое изложение

Социогнозис краткое изложение000000000000000000000000000000000000000000000000000000000000000000000000000000000000 000000000000000jpg

Люди, прследующие разные цели, должны помогать друг другу

В наше время людям, преследующим разные цели, полезно помогать друг другу. Тем более, что любые цели могут оказаться иллюзорными, а жить-то надо…

Уроборос

Жирный во мгле уроборос

Тужится в самоглотанье.

Медленно хвост переварен,

Шире открыласа пасть…

Современные люди как воплощение истории

Современные люди объединяют в своей индивидуальной судьбе целые эпохи, когда-то прожитые человечеством. Например, первобытного язычества к скепсису и тихому распаду.

В чём ошибается и в чём права Екатерина Шульман

Семён Резниченко.

В чём ошибается и в чём права Екатерина Шульман.

Ознакомился с футурологическими видеолекциями Екатерины Шульман «Будущее семьи, частной собственности и государства».

Екатерина  явно приукрашивает будущее, особенно в странах «первого мира». Она пытается укрепить веру в прогресс и сохранение «демократии», улучшения уровня жизни пусть в более бедном обществе.

На мой взгляд, эти представления глубоко ошибочны. Кризис демократии прогресса, как известно, налицо. Об этом, как верно подметила Шульман, итак много пишут. И гражданские права, и БОД (базовый основной доход) людям «первого мира» явно не помогут. Мы прекрасно знаем, как права большинства попираются наиболее влиятельными либо сплоченными меньшинствами. И введение БОД направленно на дальнейшее ослабление большинства, окончательный подрыв его самостоятельности, способности к самообеспечению. Причём речь идёт уже не только о коренных жителях, но и всех, имеющих гражданские права. Наиболее влиятельные меньшинства явно хотят сделать некоторые сплочённые менее сплочёнными….

Я очень надеюсь ошибиться, но некоторые мысли в голову упорно лезут. Например, не готовит ли западноевропейская и американская  элита холокост большинства своих сограждан? Ведь большинство из них легко можно заменить роботами…

В таких условиях права человека в гораздо большей степени может защищать коллектив выживания и сети близких друг к другу коллективов. Т.е., наиболее эффективно защищать права своих членов смогут кавказская либо пуштунская социальные структуры, основанные на традиционализме. А отнюдь не западноевропейская.

Но очень многие тенденции переходной к неофеодализму эпохи и перспективы их развития Екатерина Шульман определила очень верно.

Взять хотя бы перспективы развития государственного устройства, когда могут возникнуть многоуровневые системы  соподчинения, сходные с феодальными, основой которых будут технологически развитые неофеодальные полисы. Также очень уместно упоминание о возможности появления неосоциалистических государственных образований.

Очень важно указание на переход к надомной работе и самозанятости. Отсюда — повышение значимости для человека круга близких ему людей, огромная важность верного и точного подбора контингента этих людей. Как на подводной лодке или космической станции…

Масса информации о человеке, собранная различными цифровыми устройствами, действительно, делает необходимой осторожность в поступках, высказываниях и контактах. Что, наряду с возрождением в сети Интернет фольклора и другими подобными тенденциями, ведёт к становлению нового цифрового традиционализма – составной части неофеодализма.

Очень важно указание Екатерины на возрастающую мобильность людей, которой в немалой степени способствуют новые технологии: 3D- производство, альтернативная энергетика. Они делают человека и его дело гораздо менее привязанным к инфраструктуре и конкретной территории.

Но ключевой момент – это краткое ёмкое описание общества, основанного на обмене услугами. Именно на этом принципе при неофеодализме, скорее всего, будут действовать более менее крупные коллективы выживания и сети коллективов выживания.

Военное дело при неофеодализме и робототехника

Военное дело при неофеодализме и робототехника.
Изменение военного дела при становлении неофеодализма не будет однонаправленным переходом от массовой армии к феодальной, с высоким уровнем профессиональной подготовки. Ряд сложных и опасных специальностей, вроде лётчиков и подводников, будут замещаться гораздо более простыми и дешевыми связками «роботы – оператор». Вообще робототехника может сделать небольшие группы людей гораздо более самодостаточными в военном отношении.

Философ Семён или о моём влиянии на новый роман Пелевина

Философ Семён или о моём влиянии на новый роман Пелевина.

Имеет в виду роман «Лампа Мафусаила или крайняя битва чекистов с масонами».

Отправной точкой появления в романе  философа Семёна стало моё высказывание о Пелевине в одном из интервью. «К примеру, творчество Пелевина с крайней наглядностью показывает крах всех бытовавших в России идеологических проектов: левого, либерального, патриотического, религиозного и пр.

Пелевин – как Лев Толстой, которого Ленин назвал «Зеркалом русской революции». Пелевин так же отличное зеркало. Не революции, а глубинного распада прежнего мира». Текст вывесили на пелевинском форуме.

В философе Семёне от меня только словосочетание «философ Семён». А так не блондин и очки не круглые. Наклонности не в пример более традиционные и взгляды консервативные. А «философ Семён» — образ собирательный и обобщённый, плод авторского вымысла.

Концептуальная связь гораздо интереснее.

Отлично написано о ложности и фальши идеологий и философских систем, приближающемся крушении привычного мира.

Мир как целое есть непознаваемый и не подлежащий описанию феномен. Но живому существу надо понять хоть что-то для  целей, в конечном, счёте, выживания. Сегмент мира, имеющий непосредственное к нему отношение. Философы и идеологи «огораживают» и размечают такой сегмент для различных групп людей. При всей искусственности, разметка и огораживание необходима для коллективных действий людей определённым образом, необходимым в данный период времени.

В прежние времена мир населяло крайне разнообразное и самозанятое население. Обеспечивающий сам себя человек ( охотник, ремесленник, воин и пр.) должен был делать очень многое сам и зависел от очень многого. Поэтому огороженное и объяснённое пространство должно было быть разнообразным и многосторонним. Об объективности мышления людей лучше не говорить вовсе…

В наше время бОльшая часть человечества, как не грустно об этом говорить,  объединена мировой экономикой. Значительная часть человечества бенефициары, наёмные работники и получатели социальной помощи. Самозанятые же люди в основном работают на первую категорию (программисты надомники, фермеры, обслуживающие экотуризм и пр..).

Всё это крайне сужает философию и идеологию, низводя её до а) обслуживания мировой экономики б) заработка засчёт этого обслуживания. Причём зарабатывать мыслителю можно как нахваливая «систему», так и повышая её внутреннюю сплочённость традиционными страшилками.

Глубокий кризис «мировой системы» и страх пред ним ещё  дополнительно суживает поле….

Конечно, Пелевин знал это и без меня, но напоминание оказалось совсем не бесполезным…

И да, на вопрос Маркиана Можайского о светлой личности, подобной Толстому, можно ответить утвердительно! Пишут, выжил человек после спиритического сеанса.

 

Культура результата и культура процесса

Культура результата и культура процесса.
(дополнение к словарю Социогнозиса).
Культура результата в целом близка к культуре достижения (эндоэлевтерной культуре). Культура процесса – к культуре выживания (экзоэлевтерной культуре).
Для культуры результата важнее всего, что сделано.
Для культуры процесса – как делается.
Культура результата развивает целеустремлённость, рациональность, интерес к внутренней сути, профессионализм.
Культура процесса способствует артистизму, внешней привлекательности, гедонизму, рафинированным и ярким межличностным отношениям, стремлению отстаивать свой статус.
Однако и процесс, и результат не могут быть безразличны любой культуре. И некоторые культуры выживания имеют сильную культуру результата (Восточная Азия). В рамках культуры достижения есть сферы, основанные на культуре процесса (театр, кино, мода).
Для античных греков и культура результата, и культура процесса, были, пожалуй, важны одинаково. А древнегреческая культура – первая культура достижения.
Римская культура дала в сторону культуры результата. Туда же имеет уклон и культура германских народов. Когда как культуры достижения романских народов имеют более сильную культуру процесса.
А культура североамериканских степных индейцев, и мезоамериканских индейских цивилизаций – культуры выживания. Однако в первом случае более очевиден уклон на культуру процесса (рафинированная подготовка индивидуально – мелкогруппового воина / охотника), во втором – результата (грандиозная архитектура при слабых технических возможностях).
И русская, и украинская культуры – несомненно, культуры достижения. Но русская культура – в большей степени — культура результата ( масштабные социально-политические свершения, развитая наука, философия). Украинская культура в большей степени культура процесса ( развитая народная песенно-танцевальная культура, развитая культура хуторского хозяйства, сельского обихода).
Очень развитая и утончённая культура процесса была создана на Северном Кавказе, например- у адыгов. Тщательно разработанные воинские традиции, традиции общинной самоорганизации, поведенческие стереотипы совмещались с искусством отдыха, времяпровождения.
Показательно, что такие культуры процесса, как северокавказская и индейская, много внимания уделяет тому, кто осуществляет процесс. В каком-то смысле, целенаправленно сформированный человек и есть результат такой культуры. Тогда как для культур процесса Африканского континента более важен сам процесс, чем то, кто его осуществляет.
В рамках одной и той же национальной или региональной культуры уровень процессности/ результативности может существенно меняться со временем. Например культура результата существенно укрепилась в Европе при переходе к эпохе Возрождения и Новому Времени.
На формирование культуры результата большое влияние оказала трудность, но принципиальная достижимость многих общественно значимых результатов ( Например, добыча большого количества продовольствия в условиях умеренного климата).
Формированию культуры процесса способствовало то, что многие общественно значимые результаты были сравнительно легко достижимы, а другие не были достижимы и не ставились. Культура процесса формируется вокруг усвоения, распределения и защиты этих результатов.
В среднем культуры процесса менее богаты значительными достижениями и историческими свершениями, но относительно более устойчивы к высокому уровню жизни и потребления. Которые не столь сильно разрушают их уклад и нравственные устои. В рамках культур процесса формируются более жизнеспособные человеческие коллективы.

О книге Семёна Резниченко «Опыт скептического консерватизма. Самопожирание цивилизации»

Семён Петров. О книге Семёна Резниченко «Опыт скептического консерватизма. Самопожирание цивилизации»

В последнее время растёт интерес к проблематике неофеодализма, коллективов выживания. И, по просьбе интересующихся, я кратко излагаю свою доктрину описания коллективов выживания и хода исторического процесса.

Большая часть этнических культур базировалась и базируется до сих пор на принципах культуры выживания, которая ставит своей целью физическое и культурное воспроизводство этноса. Любое общество культуры выживания основывается на коллективах выживания, минимальных, способных обеспечить (в идеале) автономное выживание своих членов. Речь идёт о семейно-родовых группах, территориальных общинах и пр. Коллективы выживания существуют из поколения в поколение и на практике объединяются в разветвлённые сети и образуют иерархии. Именно коллективы выживания выполняют основную нагрузку в физическом и культурном воспроизводстве этноса. Остальные структуры, в том числе и государство, выполняют по отношению к ним функции поддержки и координации действий в отдельных случаях. В целом эти функции – служебные, что бы там ни думали сами носители власти и представители различных элит.

В рамках культуры выживания этническая культура выступает как единая система, где всё подчинено потребностям физического и культурного воспроизводства. Каждый элемент культуры, каждый коллектив выживания, каждый человек имеют свое чётко обозначенное место и функцию, его развитие и возможности для изменения и совершенствования ограничены чётко установленной функцией в деле разных видов воспроизводства.

Этим принципам в корне противоречит западная культура, культура достижения.

В рамках европейской цивилизации происходит резкий взлёт культуры и уровня жизни, растёт значимость личности. Различные сферы культуры развиваются всё более самостоятельно от культурного целого. Эти процессы предшествуют модерну и соответствуют позднему Средневековью и эпохе Возрождения.

На следующем этапе размывается внутренняя структура европейского общества, уничтожаются сословные группы, падает значение коллективов выживания, происходит их размывание. Развивается вертикальная мобильность, принципы жизни элиты, основанные на индивидуализме, активно проникают в народную массу. Происходят революции. Бурно развивается наука и культура. Различные сферы общественной жизни окончательно получают самостоятельное значение от целого (экономика, культура, наука и пр.). Эмансипируется отдельная человеческая личность. Границы европейской цивилизации резко и стремительно расширяются. Это характерно для периода модерна. Соответственно это XVII – первая половина XX века.

Этот процесс основывается на разных разновидностях утопических идей ликвидации несовершенства земной жизни, освоения и, соответственно, также ликвидации любого пространства, маркированного как чужого. Каждый отдельный результат какой-либо деятельности осмысляется как самоценный независимо от полезности для выживания общества.

Следующий этап развития европейского общества характеризуется тотальной атомизацией. Европейцы лишены коллективов выживания и абсолютно зависимы от государства и его структур. В обществе господствуют немногочисленные организованные меньшинства, чаще всего – деструктивные. Самостоятельные сферы культуры и социальной жизни дряхлеют и вырождаются. Они «приносятся в жертву» экономической сфере, которая начинает деградировать. Разрушена не только внутренняя структура, но и внешняя граница европейского общества. Для громадного числа европейцев больше не существует «своего» и «чужого». Реальное производство заменяется различными видами делания денег из воздуха. Западные страны заселяются иноэтничными мигрантами. Социальные лифты и другие возможности для «среднего человека» резко сокращаются. В качестве идеологии используется либерализм, во многом уже не соответствующий реальным условиям общественной жизни. Любая социальная и идеологическая борьба превращается в видимость, симулякр, который поглощает самые разные сферы общества. Любая реальная деятельность заменяется имитацией и виртуальными аналогами, в том числе в значительной степени – деятельность органов государственной власти.

На смену обществу постмодерна идёт гораздо более бедное и консервативное общество, основанное, однако, на коллективах выживания и реальном промышленном и сельскохозяйственном производстве. Это будет общество неофеодализма, который синтезирует в себе различные аспекты культуры выживания и культуры достижения.

Чтобы сохраниться в этих условиях, русскому народу необходимо воссоздать систему коллективов выживания, связанных друг с другом в сети. Современным русским это не свойственно. Зато для русских характерна пластичность и способность менять свой образ жизни в зависимости от обстоятельств, что и внушает надежду.

Принципы организации в коллективы выживания могут помочь всем русским, желающим выжить самим и помочь выжить другим, своему народу независимо от мировоззрения и идеологических предпочтений.

К тому, чем нам постоянно приходится заниматься – обеспечением своих насущных жизненных интересов. Что поделаешь – чем дальше, тем труднее, потому что делается это за счёт других русских, но этот «ресурс» истощается и общество разваливается. Объективно скоро придётся отстаивать свои интересы (политические и очень простые – бытовые) и выживать совместно. Без насущной необходимости это делать не будут, но наличие такой «идеи» в своё время облегчит переход к практике.

Если у вас есть свои, надёжные люди, укрепляйте отношения с ними, объединяйте своих между собой и ищите другие группы людей, с которыми вы и ваши люди могли бы взаимодействовать.

 

Семён Резниченко. Репортаж с тонущей Атлантиды. Конец нашей цивилизации. М., 2014

Семён Резниченко. Репортаж с тонущей Атлантиды. Конец нашей цивилизации. М., 2014.

Наше время – переломная эпоха. Многие люди чувствуют себя повисшими над бездной. Незнающими, откуда они пришли и куда идут. Едва ли когда либо раньше человек чувствовал себя столь несостоятельным, дезориентированным, лишенным будущего. Ему не на что опереться.

Человек продемонстрировал сам себе всю глубину своего ничтожества. Способность обращать величайшие, добытые потом и кровью победы в поражения. Способность уничтожить и предать казалось бы вечное и незыблемое. Человек сам удивляется своей способности деградировать и обращать себе во вред казалось бы самое лучшее.

И такая эпоха особенно требует знания. И мы предпринимаем попытку хотя бы только прикоснуться к нему.

Я не праведник и мудрец, парящий над современной жизнью. Недостатки и пороки, описанные в этой книге – это мои недостатки и пороки. И я пишу о них с полным «знанием дела».

Я не стал утомлять себя и читателей детальным обоснованием своих идей. Тем более, это бессмысленно. Кому эти идеи понравятся, сам найдёт для них тысячи обоснований. А если не понравятся – никакие обоснования не помогут.