Технологии важнее формы правления

Социальные, производственные, транспортные и другие технологии определяют то, как реализуется на практике концепция власти. Именно от них зависит, как она будет реализовываться на практике.

Европейский феодализм или христианский партикуляризм?

Европейский феодализм или христианский партикуляризм?

Как я уже писал, то, что называют «феодализмом» появилось ещё до н.э., с началом Железного века. Что касается Средневековья на Руси и на Западе, то в тот период времени культура Железного века просто достигла наибольшего расцвета. В тот периода возникла уникальная система христианского партикуляризма, основанная на алгоритме сохранения собственной уникальности в рамках общих принципов, прежде всего — религиозных.

Всемирная история в постах соцсетей

Всемирная история в постах соцсетей.

Наконец собрал в одном тексте свои посты из соцсетей, посвящённые истории и культуре разных стран и народов. Здесь вы можете ознакомиться со спецификой истории и культуры самых разных уголков мира в кратком изложении, узнать, почему судьбы народов складываются так, а не иначе, а также найти разгадки некоторых тайн истории.

Возможно, краткие ответы на сложные вопросы показались вам недостаточными или вас просто что-то заинтересовало? Это – повод почитать книги специалистов по конкретным темам!

Всемирная история в постах соцсетейpdf

Причина краха Испанской империи

Причина краха Испанской империи.

Причиной краха Испанской империи стало чрезмерное преобладание управления и распределения над созиданием.

Судьба классической культуры

Судьба классической культуры.

Птица высиживали красивые разноцветные яйца. Потом из них вылупились удавы, кобры, вараны и игуаны, черепахи аллигаторы,  даже пара утконосов.  Были ли среди них птенцы – неизвестно. Вылупившись, все стали есть друг друга и расползаться. Позже редкие уцелевшие задумывались, кто была их мать. Мать представляли похожей на себя.

 

Что может помочь русскому народу

Что может помочь русского народу.

Появление в обществе мощных внеличностных регуляторов (законов, традиционных установлений, которые соблюдаются в значительной степени добровольно), которые будут действенными, по крайней мере, для крупных групп людей и которые будут определять взаимодействие между ними. Пусть даже в разных группах будет разные регуляторы, и взаимодействие будет контролировать ещё один, отдельный набор принципов. По-настоящему серьёзные внеличностные регуляторы могут возникнуть только на основании насущной хозяйственно-инфраструктурной необходимости, а не какой-либо идеологии.

Но при этом должна сохраняться небольшая резервация для традиционного русского индивидуализма. Как источник инноваций, которые могут понадобиться очень быстро и очень неожиданно.

Какие внеличностные регуляторы лучше? Законы или традиции? Законы помогают добиваться результатов, но истощают общество. Традиции помогают обществу существовать долго, но  сдерживают стремление к достижениям и результатам. Понадобиться, скорее всего, сочетание  устойчивости с результативностью, традиции и закона. Тем более, что при достаточной силе того и другого в большей степени соблюдаются интересы как общества, так и отдельного человека.

Но это всё благие пожелания, редко на практике реализуемые во все времена любыми народами. Будет хорошо, когда возобладает  какая-либо система укрепления внеличностных регуляторов как таковая. Хотя слишком односторонняя система, скорее всего, будет нуждаться в скорой замене…

Ислам как сумма ближневосточного мировоззрения

Ислам как сумма ближневосточного мировоззрения.

Если рассматривать историю ислама как целое, то в его рамках проявили себя все элементы ближневосточной интеллектуально-духовной традиции: и воинственный общинный патриотизм, и монументальная имперская идеология, и созерцательное свободомыслие…

Беседы и суждения. Вып. 40. Китай.

Семён Резниченко.

Беседы и суждения. Вып. 40.

Китай.

Принципы тихоокеанских культур.
Для жителей Восточной Азии, доколумбовой Америки, США характерен некий общий набор культурных целей. Неповторимое отныне должно стать чётко фиксируемым и воспроизводимым сколько угодно раз. И поэтому подконтрольным. Реалити-шоу и системы видеонаблюдения, социальные сети, сбор личных данных людей самыми разными структурами, традиционная японская гравюра и комиксы, традиционная японская гравюра и комиксы, страсть к фотографии и увлечение трёхстишьями хайку – всё это звенья одной цепи.
В целом это оцифровка человека, входе которой он может стать полностью подконтрольным хозяевам баз данных.

Отличительная черта тихоокеанских культур – минимальная дистанция между сакральным и профанным, с уклоном на сакрализацию профанного.

Древнекитайская культура и изменчивость

Древнекитайская культура и изменчивость. Древнекитайская культура одна из первых осмыслила изменчивость. И дело не только в «Книге перемен». Древнекитайская учёность должна было сравнительно быстро и эффективно компенсировать относительный недостаток опыта или способностей.

Истоки древнекитайской культуры.

Раннекитайская культура Шан – Инь  отличалась очень яркими чертами тихоокеанской цивилизации, сходной с мезоамериканской. Но уже было колесо и самые активные межэтнические контакты. В Долине Хуанхэ 1 тыс. до н э. кхмер мог столкнуться со скифом и пр.. Перемены были не только неизбежны, но быстры. И их надо было рационализировать, ставить в рамки, как разлив Хуанхэ. Так возникла культура Срединного государства.

Самоорганизация у китайцев.

Китайское общество традиционно строилось на основе компактных семейно-родовых групп, подвижных как территориальном, так и в социальном отношении. Что делало относительно слабыми общинно-территориальные структуры, повышало значимость государства как посредника между элементами самоорганизации.

Древний Китай и дилетантизм

Подробная разработанность различных концепций и стратегем, которых нередко слепо заучивали, в древнем Китае было обусловлено наличием вертикальной мобильности а также множеством дилетантов. Последних особенно много было в армии, так как профессиональных военных боялись.

Конфуций

Наиболее эффктивный из светских философов древности – это Конфуций, создатель первой и самой эффективной консервативной традиции, заложившей основу стабильности китайской цивилизации.

Великая китайская стена

Великая китайская стена, прежде всего, должна была оказывать пропагандистское и магическое воздействие на китайцев и некитайцев. Делать первых более управляемыми и поражать вторых.

Китай после Чингисхана

Воздействие кочевников породило восточный вариант исторической эволюции. Когда период бурно развития более короток и менее интенсивен. Отбор перспективных достижений и «ужатие» цивилизации происходит в рамках одной и той же культурной парадигмы. Без разрыва преемственности. Таким образом развивались китайская и исламская цивилизации. Такое «ужатие» этих цивилизаций произошла после и под влиянием монголо-татарского нашествия. Надстройка «цивилизованного» уклада не опиралась, в отличии от Европы, на «сверхсильную» надстроечно-государственную машину. И оказалась относительно легко деформируемой на «верхнем» уровне. И подлежащей переформатированию, ограничению креативного потенциала.

Нашествия кочевников не породили ничего нового. Однако они резко ослабили «верхний» уровень культуры. Культуры индивидуалистов. И одновременно актуализировали традиционные, консервативные тенденции. Например, в Средней Азии переход кочевых общин к земледелию способствовал укреплению общинного начала.

В этих цивилизациях не было полноценного постмодерна. Этап быстрого роста и развития достаточно быстро переходил в неотрадиционный уклад. Всё неспособное к биологическому и социальному воспроизводству сразу уничтожалось. А не искусственно поддерживалось, как это было в рамках европейской цивилизации.

Несмотря на древность китайской цивилизации, современный вариант китайской культуры начал формироваться только после походов Чингисхана.

Старинная китайская архитектура

Старинная китайская архитектура символизирует собой чёткую и непротиворечивую модель мироздания, воплощение макрокосма в микрокосме.

Тихоокеанская культура и военное дело.

Американская армия во многом напоминает традиционную китайскую. Во многом благодаря превосходству менеджмента и логистики над собственно военной составляющей.

О Ли Куан Ю.

Экономический успех вряд ли стоит развала неформальных отношений в обществе, нравственной деградации.

Китайская система тотального контроля и её возможные последствия

Современная китайская система «социальных баллов» и связанная с нею правительственная программа переустройства общества во многом напоминает программу по разрушению прочных горизонтальных социальных связей и повышению управляемости общества, которая реализовывалась в Японии периода Токугава. Но в условиях применения новейших технологий подобная программа может разрушить общество как таковое.

Современная ситуация

1 марта 2018 года в Китае был введён запрет на продажу Библии через интернет-магазины. А продажа Книги книг в обычных магазинах запрещена уже давно.

Христианство распространяется в Китае очень активно. Ведь оно помогает китайцам образовывать коллективы, заменяющие традиционные родственные группы. Особенно это важно для тех, кто переехал в другие регионы в поисках работы. Исповедание христианства для очень многих китайцев – не дань моде, а возможность сохранить себя как человека, а не просто рабочую функцию, служащую чужим целям.

Поэтому христианство для китайцев – во многом ответ на вызов цифровой революции, обесценивание человеческого разума и усилий, личности как таковой. Что, помимо прочего, выражается во всё более усиливающемся тотальном контроле в китайском обществе. Поэтому немало китайцев – прихожане незарегистрированных, фактически подпольных христианских церквей.

Новейшая техника как никогда приблизила к реальности традиционную дальневосточную утопию об обществе, непосредственно управляемом «сверху» в режиме реального времени. Взять ту же систему внеправового контроля над населением Китая в виде так называемых «социальных баллов». В соответствии с нею какой-либо «не такой» китаец может быть ограничен в гражданских правах без решения суда на основании данных электронных систем слежения, жалоб людей, которые по какой-то причине им недовольны.

Вероятно, китайская элита хочет «съехать» с традиционного циклизма, когда после ряда успехов резко усиливается расслоение и увеличивается разнообразие общества, вплоть до гражданских войн и развала страны. Партийные функционеры и предприниматели хотят перейти к устойчивому развитию в течении «десяти тысяч лет» и поэтому хочет оставить только себя, силовиков, техников и обслугу. А остальных —  куда-нибудь…

Рост китайского хайтека легко может стать для рядовых китайцев тем, чем стало огораживание для английских крестьян. Т.е., потерей средств к существованию, гибелью или изгнанием. Даже неприхотливые китайские рабочие всё же едят и одеваются. В отличии от роботов. Нельзя забывать, что с китайскими рабочими будут конкурировать не только отечественные роботы, но и зарубежные. Например, американские.

Вероятно, рассматриваются варианты выводы значительного количества населения Китая за рубеж. Например, в активно осваеваемую китайским бизнесом Африку. И к российским самым разным территориям присматриваются. Одновременно растёт  военный бюджет Китая. Хотя, конечно, вариант с мирной демографической экспансией для руководства Поднебесной гораздо предпочтительней, как менее рискованный.

Но есть масса желающих её помещать, например США…

Поэтому в случае провала внешней экспансии – борьба на выживание элиты с самыми разными силами вроде крестьян бедных западных провинций, южнокитайских сельских мафиозо и городских либералов-гуманитариев, сектантов и наиболее радикальными христиан, мусульман китайского Туркестана, монголов обеих Монголий, тибетцев.

Здесь уместно вспомнить восстание ихэтуаней (более известное как Боксёрское восстание)  1899 – 1902 гг. Тогда дешевые промышленные товары разорили ремесленников, а железные дороги – многочисленных традиционных  перевозчиков и их обслуживающий персонал. Всё это вылилось в ярко выраженное антизападное восстание, подавленное иностранными интервентами.

Новое Боксёрское восстание будет направленно, прежде всего, против отечественной элиты и робототехники. Иностранцы, пусть и далеко не все, будут его скорее поддерживать. Христиане, в отличии от рубежа XIX– XX вв., могут стать, наряду с мусульманами и сектантами, одной из движущих сил восстания. Предположительно, Боксёрское восстание может начаться в первой половине 2020-х гг…

 

 

Беседы и суждения. Вып. 39. Индия

Семён Резниченко.

Беседы и суждения. Вып. 39. Индия.

Гибель хараппской цивилизации.

Хараппскую цивилизацию, видимо, погубили зависимость экономики от экспорта.

Виртуальный Стоунхендж или основы индийской рациональности.

Когда-то предки индоариев, скорее всего, основывали своё мировоззрение на поклонении в святилищах халколита и бронзового века. Вроде того же Стоунхенджа, Аркаима и пр.. Строили ли они эти святилища — выяснить весьма сложно. Но почти наверняка посылали дары, участвовали в празднествах. Либо неплохо знали о важнейших святилищах, в которые их не пускали.

Но подвижный пастушеский образ жизни не способствовал постоянной связи с этими святилищами. И индоарии стали жить без них, действуя так, как будто они всегда рядом. Святилища из реальной модели мироздания превратились виртуальную. Жрец при совершении ритуала визуализировал его в уме, воспроизводил в виде временного алтаря либо протомандал из песка. Разумеется, святилище модель мира становилось всё более абстрактным и обобщённым, теряла связь с реальным прототипом. Заодно такая ситуация способствовала развитию фантазии и отвлечённого рационального мышления.

Следующий этап его развития начался после приходы в Индию. Представления об устройстве мироздания в условиях стремления воспроизвести традицию в совершенно новых условиях стали ещё более схематичными, для их воспроизведения потребовалось чаще прибегать к рациональному объяснению. Большая рациональность, отвлечение от по-разному понимаемой конкретики понадобилась при постоянных контактах с местными наследниками протоиндской цивилизации.

Таким образом индийская рациональность, вероятно,  отталкивалась от святилищ бронзового века с присущей им весьма конкретной, индивидуальной мифологией. В следствии пастушеского, полукочевого и кочевого образа жизни эти представления начали абстрагироваться, терять связь с прототипом.  Ещё более абстрактно-концептуальными они стали при попытке сохранять прежнюю пастушескую духовную культуру в условиях перехода к земледелию в совершенно новых природных условиях и тесных контактах с наследниками автохтонный высоких культур.

Корни индийского духа.

Вероятно, древние индоарии пришли в Индию не вполне добровольно, а были вытеснены из степей Средней Азии врагами либо спасались от очередной засухи. Вынужденность, вероятно, выразилась в последовательном идейном уничижении нового уклада жизни, осознанно поддерживаемой ностальгии по северным степям. Либо первые брахманы во что бы то не стало не хотели допустить ассимиляции и растворения в местной культуре, как это произошло с их сородичами – митаннийцами в Малой Азии…

 

Храмовая архитектура Индии
Храмовая архитектура Индии, ряда стран индобуддийской культуры оставляет впечатление попытки передать непередаваемое: ускользающую изменчивость, перетекание одного в другое, внутреннее сходство внешне совсем непохожего, тождества наполненности и пустоты.

Русская и индийская культуры: сходство и различие.

И русская, и индийская культуры по своей сути индивидуалистические. Причём с весьма резким, концептуальным разделением сакрального и профанного, принципов жизни и поведения «людей сакрального» и «людей профанного». Возьмём, например, различие ценностных ориентаций религиозно ориентированных представителей обоих народов и многих других групп русских и индусов.

Однако в индийской культуре гораздо сильнее выражены внеличностные регуляторы социального поведения, в русской же — индивидуальность и антропоцентризм. В индийской культуре больше постоянства, в русской — изменчивости. У индийцев издавна сети коллективов выживания были сильнее государства, у русских же государство было значительно сильнее.

Очень может быть, что русским придётся в недалёком будущем уделять больше внимания внеличностным регуляторам социального поведения и сетям коллективов выживания. Индийскому же обществу зачастую не хватает гибкости и эффективного воздействия государства на его жизнь.

 

Современная ситуация.

В современной Индии всё более остро стоит вопрос об укреплении государственного начала и роли закона в жизни людей. То исламские радикалы активизировались, то, наоборот, анимисты хотели маленькую девочку в жертву принести, то девушку постарше местное самоуправление к групповому изнасилованию приговорило…

Всё больше значения при решении этих и других проблем играет спецназ…

«Всё это» случалось и раньше. Но сейчас у многих самых простых индейцев уже есть чёткое понимание, что «всё это» недопустимо. И сотовые телефоны. Если не брать атаки исламистов, спецназ без «сигнала с места» вряд ли бы приехал…

Политики тоже начинают проявлять инициативу. Предложили, например, законопроект о смертной казни за изнасилование девочек моложе двенадцати лет…

В местной культуре традиционно были сильны внеличностные регуляторы социального поведения (религиозные нормы, обычное право). Также у индийцев издавна сети коллективов выживания были сильнее государства. Принцип ахимса (ненасилия) пусть и многими нарушался, но работал. Индусы жили между собой достаточно дружно, что позволяло многолюдным сообществам обходиться без вмешательства в их жизнь государства.

Но индийскому обществу как раз эффективной государственной власти очень часто не хватало… Тем более, что в наше время традиционные этические регуляторы слабеют, и одновременно всё больше индийцев стремятся к изменению своего социального статуса. Всё это происходит на фоне роста стандартов потребления и деградации традиционной самоорганизации –круг её бенефициаров всё больше замыкается на верхушке. И у простых людей тоже всё более растут аппетиты – они хотят и удовольствий, и реальных гражданских прав. А нередко – иметь возможность гарантированно поесть…

В таких условиях резкое усиление роли государства в жизни общества неизбежно. Как в виде усиления активности силовых ведомств, правого регулирования повседневной жизни в целом, государственной материальной помощи населению.

Индийской элите необходимо гораздо активней делиться  доходами хотя бы со средним классом и одновременно укреплять  влияние государства и закона в любой точке страны. Даже если активно применять новейшие цифровые технологии (системы «Безопасный населенный пункт», масштабное оснащение государственных структур роботами для слежения и выполнения каких-либо манипуляций), то эта программа может оказаться чрезмерно дорогой из-за огромного населения и территории. Тем более, что некоторые богатые индийцы и недовольные группы населения вполне могут поставить хайтек на службу себе гораздо эффективнее, чем государство…

В любом случае, но многих территориях Индии (хотя наверняка не на всех) традиционный индийских уклад исчезнет. Саморегуляция и самоорганизация будет заменена на прямой контроль и управление сверху с помощью цифровых устройств. Но сделает это государство или некие местные силы — вопрос открытый.

В условиях наличия разветвлённого исламистского подполья наряду с другими парамилитарными и криминальными структурами, фактической неподконтрольностью властям значительных территорий массовый переход Индии к цифровому обществу вполне может пойти по афганскому сценарию. Т.е. с чередой масштабных гражданских конфликтов и фактическим распадом страны. Тем более, что в ослаблении Индии, создании на её территории своих сфер влияния традиционно заинтересован Китай.

Индийские и китайские интеллектуалы на Западе и изменение сути науки.

Большое количество китайских и индийских студентов в вузах западных стран объясняется не только политикой толерантности и традиционным уважением к образованию у этих народов. Западной профессуре весьма по вкусу почитание если не наставника, то транслируемых им идей, целеустремлённость индийских и китайских студентов. Это на фоне многих периодов неформальств и наступившей затем апатии местной молодёжи. Изменение этнического состава западных интеллектуалов, их большая ориентация на традицию не способствует инновациям. Но вполне может помочь законсервировать и сохранить немало из культурного багажа начала XXI в..

Фото onwall.ru

 

 

Самое трудное искусство – сотрудничать, сохраняя свободу

Мы часто мечтаем о независимых и самодостаточных мирах для самих себя. Но такие миры могут существовать лишь в союзе с другими. Самое трудное искусство – сотрудничать, сохраняя свободу.