Как возникают национальные традиции и почему они такие?

Семён Резниченко.

Как возникают национальные традиции и почему они такие?

Традиции какого-либо рождается как ответ на сразу несколько вызовов, которые должны действовать в течении долгого времени. Это:

  1. Воздействие природной среды: порождаемые ею трудности и предоставляемые природой же возможности.
  2. Внешнее воздействие со стороны других народов: те же трудности (исходящая опасность) и возможности, например, в сфере заимствований.
  3. Внутренний вызовы: необходимость борьбы с пороками (нравственными и/или физическими), появившимися у этого народа как побочный эффект ответов на природные и внешние вызовы, побочный эффект от возможностей. Например, удобные пути сообщения, развитые внешние связи порождают алчность. Появление таких пороков практически неизбежно в любых условиях и борьба с ними всегда крайне важна.

При ответах на любые вызовы традиции народа выполняет функцию  обеспечения единства во времени и пространстве. Имеется в виду единство народа вне зависимости от места проживания и единство его представителей со своими предками. Такая функция традиции очень часто воплощается в национальных эпосах (былины, «Илиада»). Кроме эпоса, у большинства народов существует целый перечень символов единства. Этот сегмент этнической традиции менее рационален, чем приспособление к вызовам. Выбор символов единства зависит от очень многих обстоятельств (исхода борьбы носителей разных мировоззрений, личной позиции некого человека в определённый момент и пр.) и в большей степени случаен. Символы нередко наделяются нужными качествами postfaktum. При этом качества, с которыми соотносятся эти символы, универсальны: патриотизм, преодоление трудностей, заботы об общем благе, неукоснительное следование принципам и пр..

Почвенники и традиционалисты немало писали о внерациональном: интуитивном, эстетическом постижении национальной традиции. И они во многом правы! Не только при выборе символов единства, но и при ответе на природные внешние и внутренние вызовы всегда возникает масса внерационального и незапланированного. Ведь любой человек, любая ситуация в жизни уникальны и неповторимы! И многие моменты в любой национальной культуре и эстетике имеют незапланированный и глубоко индивидуальный характер. Поскольку в культуре закрепляется не адаптивный признак в чистом виде, а целый «кейс» различных элементов культуры, «прикреплённых» к нему в силу обстоятельств и по воле конкретных людей и их групп. Например, эстетические предпочтения известных людей нередко влияют на современников.

И поэтому любая национальная культура как целое – неповторимый и во многом не познаваемый рационально фено

Похвала асфальтовым страусам

Похвала асфальтовым страусам.

Есть своя правда в том, что нынешние мало к чему приспособленные люди верят в сохранение существующего образа жизни. Так они избегают лишних страданий…

Суть русскости -2

Суть русскости — 2.

  1. Менталитет: индивидуализм, авторитаризм, анархизм.
  2. Разнообразие, изменчивость, отсутствие стабильных рамок, структур и форм. При этом постоянное возрождение прежнего в новых формах.
  3. Жесткое разделение мира значимых идей и реального бытия. Эти миры нераздельны, но и не слиянны; взаимозависимы, но не подлежат объединению. Отсюда – взаимозависимость при невозможности единства между русскими – носителями идеалов и «земными» русскими. При всём разнообразии конкретных форм тех и других.

Почему не будет «традиционной» революции и что может быть вместо неё?

Почему не будет «традиционной» революции и что может быть вместо неё?

Надежды на новые массовые революции в духе XIX – XX вряд ли оправдаются. У представителей одних народов либо слишком ослабли горизонтальные связи, у других – навыки эффективного хозяйствования.

Поэтому вместо борьбы против чего-то за что-то получится борьба против друг друга и почти полное обособления сегментов нынешнего общества завершится. Сведение личных и деловых счётов всегда играло огромное значение при любых революциях. Но теперь, скорее всего,  заменит собой революцию из-за недостатков взаимных связей и солидарности.

Что относительное похожее учёные проследили на примере археологических памятников древнего Перу. Местные жители периодически свергали деспотические режимы, воплощённые в гигантских пирамидах. Пирамиды частично разрушали и расходились жить независимыми семейными хуторами. Эти «революции» вызывались жестокими экологическими и социокультурными кризисами, население резко сокращалось. Потом вновь разросшемуся населению приходилось предотвращать жестокие конфликты, решать проблему водных и других ресурсов, вести масштабные ирригационные работы. Деспотия возрождалась, пирамиды снова строились.

Однако доколумбовые цивилизации известны своим медленным техническим прогрессом. У нас же идёт массовое внедрение в жизнь результатов последней научной революции (информатизация, роботизация, 3D – технологии, альтернативная энергетика). Всё это делает  небольшие группы людей во много раз более самодостаточными. И нынешние функции государства вряд ли возродятся. Государство перестанет быть инфраструктурным. Его основной функцией станет защита территории и предотвращение на ней крупных внутренних конфликтов.

Вот только пережить период войны всех против всех для нынешних  людей с их индивидуализмом, инфантильностью либо отсутствием знаний будет очень трудно…

 

Программное обеспечение и 3D- технологии как основа человеческой жизнедеятельности

Семён Резниченко.

http://www.apn.ru/index.php?newsid=36199

Программное обеспечение и 3D-технологии как основа человеческой жизни

Сейчас уже начали забывать о том, что помимо продавцов и производителей, есть ещё потребитель, покупатель. Покупательский спрос, которого продавцы – производители стараются всеми силами контролировать и управлять им. Чем дальше, тем такое управление становится всё более полным и всеобъемлющим.

Однако собственные интересы покупателя – потребителя никуда не исчезли. Они так же, вслед за интересамирыночных игроков, становятся всё более самостоятельными и чётко сформулированными. Тем более, что многие покупатели так же изо всех сил стремятся стать продавцами – производителями.

И в этом им усиленно помогают новейшие технологии.

К тому же сложившаяся к настоящему времени экономика становится всё менее эффективной, всё больше усилий тратит не на «результат», а на «подпорки» для сохранения и поддержания своей громоздкой, чрезвычайно затратной инфраструктуры. В лабиринтах которой безвозвратно теряется всё больше энергоресурсов, другого сырья, финансовых средств и интеллектуальных усилий.

В одном сравнительно небольшом помещении или нескольких помещениях может работать не только 3D- принтер, но и минилиния для переработки различных минеральных и органических веществ в материал для работы такого 3D- принтера. Такой органический материал при более грубой обработке, так же может служить для производства топлива, применяемых в печах, основанных на тлении.

Со временем на 3D- принтере можно будет напечатать и линию для производства его самого, солнечные панели, ветрогенераторы и многое другое. Конечно, для этого нужен будет весьма совершенный и многофункциональный 3D- принтер, либо сразу несколько таковых.

Аргентинцем Гастоном Аккарди уже создан сверхдешевый 3D- принтер для печати металлом, дешевизну обеспечивает «традиционная» металлизация электрическим способом. Активно используются смеси металлов и неметаллических элементов (например, латунь как сплав меди и цинка). Для 3D-принтинга такие сплавы пропускаются через экструдеры и наматываются на катушки подобно нити. Нержавеющая стальиспользуется в порошковом виде. Формы сплавляются вместе с использованием жидких связующих элементов и затем затвердевают под воздействием высоких температур. Не ржавеет.

 

Активно применяются цементные полимеры, керамический порошок, Штукатурка помещается в строительный отсек 3D принтера в виде сухого порошка. Затем экструдерные головки смачивают порошок, размещаемый в форме, связывающими жидкостями пласт за пластом. Песок может быть переплавлен в стекло при наличии достаточно мощных нагревательных источников. Так, для получения нескольких стеклянных объектов была использована экспериментальная солнечная батарея. Гипсовый порошок (также известный как алебастр) для последующего изготовления из него предметов с помощью лазера. Соль экспериментальный материал для 3D-принтинга. Насыщенные растворы соли распыляются на основу. По мере испарения воды, соль формирует основу объекта. Дерево используется в пульповых растворах в экспериментальных процессах. Наслоение форм создает интересные эффекты[i].

Определённые сложности в применении некоторых технологий представляет необходимость обеспечить нужный нагрев и значительные энергозатраты. Развитие многофункциональности недорогих и небольших 3D- принтеров засчёт более разнообразных температурных режимов позволит более получать разнообразную продукцию из простых обиходных материалов, вроде штукатурки. Многообразие использования наиболее простых материалов неизбежно будет быстро расширяться.

Хотя немалая часть усовершенствований будет доступна лишь тем, кто будет располагать достаточным количеством электроэнергии. Так же для самых разных целей надо существенно повышать ёмкость аккумуляторов и скорость их зарядки.

Максимальное использование вторичного сырья, добываемого из отходов, позволит резко сократить использование продуктов металлургических и химических производств непрерывного цикла, а так же топлива, получаемого из углеводородов. Возможно, его научатся получать для определённых целей мелкими порциями также из вторсырья.

Ещё более важно программное обеспечение для разного типа производственных процессов. Либо программы – конструкторы, которые помогут создавать непрофессионалу нужные для него производственные программы в зависимости от потребностей.

При этом нужны разные конструкторы для программ разного типа. Крайне важно избежать зависимости от продукции одного производителя. Что не получилось как с производством на Западе различных «умных домов», которые ставят под полный контроль своих жильцов.

Конечно, для всего этого предстоит сделать ещё множество новых инженерных разработок. Но теоретическая основа для них уже давно есть.

Конечно, если многое люди будут производить «на месте», объёмы рынка сократятся. Однако он никуда не исчезнет – за пользование программами – конструкторами, её установку, также надо будет платить. Точно также – за отдельные программы по производству чего либо.

Таким образом, основной ценностью, кроме некоторых видов сырья для 3D-устройств, станет программное обеспечение. Которое имеет все шансы стать основой социальных связей. Производитель программного контента сможет получать значительную часть конечного продукта.

Не говоря уже о том, что от наличия возможности пользоваться цифровыми технологиями уже почти полностью зависит получение необходимой информации, знаний. Они абсолютно необходимы для обучения чему-либо, медицинского обследования, научной и конструкторской работы.

Производство и распределение программного обеспечения, контроль за ним, постепенно превращается в основу жизнедеятельности человеческих сообществ. Которые уже постепенно «стягиваются» вокруг производства необходимого контента.

Кроме него столь же важным продолжает оставаться наличие воды и воздуха.



[i]Деккер Б. Материалы для 3D принтеров – что сегодня используют для 3D печати? // http://3dprintingplasticstore.com ( дата обращения 08. 03. 2017); Домашний 3D-принтер, печатающий металлом — уже реальность // www. 3d-today.com (дата обращения 08. 03. 2017).

 

 

Культура выживания и культура достижения (дополненный вариант)

    Семён Резниченко.

«Культура выживания» и «культура достижения».

(Дополненный вариант).

«Нормальной» целью традиционного общества является физическое и культурное воспроизводство, сохранение идентичности. В традиционном обществе всё подчинено этому. К таким «культурам выживания» относится подавляющее большинство этносов, когда-либо живших на Земле. Например, кавказцы.

Но существует и «культура достижения». К которой относятся современные европейцы и русские. И в определённой степени относились античные греки и римляне.

«Культура достижения» базируется на великих идеях Осевого времени. О полном прекращении страданий в мире, всеобщем единстве и равенстве, исчезновении «своего» и «чужого», установлении бесконечной и вечной гармонии, ничем не омрачённого совершенства. Достигнутый результат здесь становится по настоящему значимым, вечным, неизменным, самодавлеющим.

Европейцы заимствовали эти идеи в христианстве. Которое, однако, постулировало достижения всего этого только после прекращения «обычной» физической жизни. Как отдельного человека, так и человечества. В этом христианство было солидарно с другими учениями Осевого времени.

Однако европейцы оказались единственными, кто стремился воплотить эти принципы в мирской, социально-политической жизни. И последовательно делал это из столетия в столетие. Суть такого мировоззрения была наиболее откровенно и концептуально сформулирована коммунистами. Коммунизм есть идейная квинтэссенция новоевропейского мировоззрения. В других западных идеологиях эти принципы сформулированы не столь откровенно. Однако достаточно последовательно реализовывались на практике.

Особым очагом практической борьбы за бесконечное счастье, совершенство и гармонию в реальном земном мире стал Китай (оригинальные философские системы Осевого времени, квазикоммунистические движения и пр.).

Что и предопределило последовательную европеизацию таких стран китайского культурного региона, как Япония и Южная Корея. Устойчивость коммунистических режимов в Китае, Северной Корее, во Вьетнаме.

Поэтому новоевропейское (российское) общество ориентировано на достижение целей. Экономического процветания, творческой самореализации, военной победы, получения удовольствия. Цели имеют совершенно самостоятельное значение. И не подчинены принципам физического воспроизводства и сохранения культуры и идентичности. Например, западные (русские) воины ещё в середине XX  века решительно жертвовали собой ради победы страны. Очень многие художники, после смерти признанные великими, напряженно занимались творчеством, не имея с этого никакого дохода. Подобные установки ещё в древности существовали у различных индоевропейских народов. И транслировались во вне. Однако были существенно ограничены традиционной культурой. Но именно в период Нового Времени в среде европейских народов ставка на результативность стала основой культуры.

Что позволило решительно двинуть вперёд все сферы европейского общества.

Современный постмодерн и модерн в Европе оказались гораздо более выраженными и рельефными, чем были в эпоху Античности. (Тогда во многом сохранялся традиционный уклад сельской жизни, по крайней мере по сравнению с европейской современностью; к тому же переход к неотрадиционализму происходил под влиянием христианства – внутриимперской религии). И не была столь широко растиражированная идеологема «рая на земле». В период Античности постмодерн был более проходным, несамостоятельным явлением. В нем практически сразу стали прорастать побеги неотрадиционализма. В античное время на развалинах одних коллективов выживания сразу начиналось строительство других. Именно неотрадиционную модель общества несли в мир крепнущие меньшинства, такие как христианство.

Разум по-настоящему поверил в себя, в свою способность открыть и найти всё что угодно. Эта убеждённость освободила его от оков и в сотни раз увеличила силу и эффективность. Огромные духовные и материальные ресурсы, до этого уходившие в другие сферы, поступили в распоряжение науки.

Результат не заставил себя ждать. Открытия посыпались как из рога изобилия. Они оказались настолько важными и многочисленными, что качественно в небывалом за всю историю объёме изменили жизнь миллиардов людей.

Средневековье было временем традиционного, устойчивого образа жизни. Мир средневекового человека был чётко очерчен, пространство делилось на своё и чужое. Каждая сфера жизни имела для человека строго определённое значение в соответствии с его социальным статусом, этничностью и пр. И отдельный человек, и сферы его деятельности были чётко оформлены и ограничены. Над всем главенствовали интересы целого, его гармония, будь то отдельная сельская община, или христианский мир, или вселенная. Смыслом обществ было физическое и культурное воспроизводство, воспроизводство идентичности

Но появляется культура Нового времени. Важнейшая причина её возникновения – антично-полисные корни, характерные для всех европейцев, не только для прямых наследников античности, но и для германцев и славян. Для такого общественного устройства и сопряженного с ним менталитета характерны самоуправление, свобода личности, соревновательность. Современная европейская государственность (так же как и средневековая) фактически является гибридом полисного устройства с военно-бюрократическим (с основой на полисном). Синтез полиса и деспотии был уже характерен для Древнего Рима. В новой Европе он стал ещё более глубоким.

Как показала та же Античность, развитое полисное начало приводит к чрезвычайно резкому росту уровня развития экономики и культуры, свободы нравов и самовыражения, росту политической активности. Всё это приводили к росту потребностей. А рост потребностей – к росту экономики.

Рост экономики требовал повышения эффективности производства. В отличие от Античности, в новой Европе не было дешевой трудовой силы рабов, поэтому стали появляться и приживаться технические новинки. Стали развиваться прикладные и естественные науки, всё быстрей и мощней.

Развитию науки в огромной степени способствовало христианство. Оно постепенно десакрализировало материальную Вселенную, разрушило представление об иерархии населяющих её богов и духов. Это способствовало появлению естественно-научного интереса к миру, появлению научного эксперимента. К тому же в зрелом средневековом христианстве получило развитие система логического обоснования религиозной истины – истины единственно верной. Это вызвало огромный всплеск внимания к точности и достоверности доказательства, что впоследствии перешло в науку.

Наука, культура и экономика поддерживали рост друг друга в небывалом в истории человечества масштабе, что позволило кардинально изменить жизнь людей. И появилась надежда, что блаженства и гармонии можно будет достичь средствами улучшения земной жизни.

С началом Возрождения и Нового времени все проявления человеческой жизнедеятельности стали обретать самостоятельное значение. Все они стали бурно развиваться независимо от влияния этого развития на интересы социального и культурного целого. Эти достижения обрели самостоятельную ценность. Независимую от интересов целого и его воспроизводства.

Всё это решительно доминировать над носителями традиционной культуры. Не обладающими новыми, совершенными достижениями науки и техники, социальной организации. И порой не имеющими столь мощного боевого духа.

Одновременно резко индивидуализировался и стал терять связь с целым и отдельный человек. Он, как и сферы человеческой жизни, приобрёл самостоятельное значение. Человек принялся бурно удовлетворять собственные потребности, реализовывать личные качества. И всё это – без оглядки на интересы целого. Оно стало распадаться. Стабильные границы своего и чужого стёрлись или стали проводиться произвольно и быстро меняться. Социокультурное и национальное целое стало постепенно распадаться, ведь разделение на «своё» и «чужое» ведёт к созданию границ, очерчиванию целого, а это целое подавляет и организовывает отдельного индивида. Уничтожение границ деления на «своё» и «чужое» освобождает человека от контроля целого. Человек и реализация его целей и потребностей так же обрели самостоятельное значение.

Сначала настал черёд местных общин, сословий. Они приносились в жертву пока ещё общему: государствам и нациям. В эпоху постмодерна настал и их черёд. Наступила эпоха полной атомизации.

«Культура достижения» подорвало жизнеспособность европейских этносов. В жертву социально-экономической эффективности были принесены институты, обеспечивающие физическое и культурное воспроизводство (община, семья). В жертву достижению целей (военной победы, карьерного роста и пр.) были принесены лучшие представители общества. Кто-то из них погиб, кто-то не оставил потомства. К тому же в комфортном и богатом обществе альтруизм и высокая компетентность, способности перестали быть востребованными. Всё можно было получить и без них. К тому же современная западная (российская) элита ради сохранения власти и увеличения прибыли преспокойно уничтожает собственный народ ( культурная парадигма, развившаяся до абсурдного уровня). Поэтому в наше время западное общество потеряло способность попросту воспроизводить себя.

Фактически развитое традиционное земледельческое общество с городами, письменностью и мировыми религиями стало вершиной развития человечества. Оно могло гибко приспосабливаться к различным резким изменениям, воспроизводить в самых непростых ситуациях свою идентичность, обеспечивать физическое воспроизводство. «Надстройка» такого общества в виде высокой культуры и политических институтов опиралась на разветвлённую систему коллективов выживания.

Такое общество действует как единая система, направленная на выживание. Прежде всего – на него. И на выживание не только физическое, но и духовно-идеологическое. Этому способствовала ведущая в таком обществе роль земледельческого труда, военного дела и религии: земледельцы добывали пропитание для всего общества, священники обосновывали божественность, незыблемость и святость традиционной организации общества, воины защищали социум.

Все сферы такого социума были соразмерны и подчинены единому замыслу. Не допускались ни чрезмерное «утяжеление» отдельных частей, ни чрезмерное ослабление. Такое общество могло что-то недополучить в плане благосостояния, политических свершений и достижений культуры, но оно сохраняло гибкость и «многофункциональность».

С началом Нового времени европейцы пошли по другому пути – пути самостоятельного развития различных сфер общества. Результаты их развития приобрели самостоятельно значение. Так произошёл переход от культуры выживания» к «культуре достижения».

Составляющие общества перестали развиваться, исходя из необходимости укрепления стабильности системы жизнеобеспечения, религии и сельского хозяйства. Сферы социума теперь развивались по собственной логике и стали считаться самоценными. Теперь они могли вступать в конфликт друг с другом, общей системой общества и жизнеобеспечения. Объявление всей Вселенной «своим» миром привело к разрушению границ и внутренней структуры мира собственного.

В какой-то мере также поступили древние греки. Они перестали мыслить об обществе как о развитии сельского хозяйства и укреплении традиционных институтов и стали приобретать богатство непосредственно, само по себе на основе развития ремесла, торговли и военного наёмничества.

Самостоятельное развитие сфер общества, профессий, наук и искусств потянуло за собой резкую индивидуализацию человеческой личности. Наряду с обвальным ростом могущества и богатства это способствовало развалу коллективов выживания.

Самостоятельное развитие разных сфер человеческой жизнедеятельности приводило ко всё более быстрому, массовому и непосредственному удовлетворению различных человеческих потребностей и способов их удовлетворения и в пище, и в престижных предметах, и в самореализации. Причём это удовлетворение происходило не в системе физического и духовного самовоспроизводства общества, а всё больше и больше – вопреки ей.

В эпоху модерна на место священников пришли интеллектуалы и деятели искусства, которые вместо незыблемости и вечности стали отстаивать и создавать новшества и изменения, на смену воинам – буржуа, на место крестьян – рабочие. Люди, вместо того, чтобы защищать и кормить общество, теперь производили богатство. Они изрядно расшатали систему выживания общества, заменив самое важное второстепенным, хотя и значимым. Но общество модерна ещё способно было воспроизводить материальные и духовные ресурсы и защищать себя.

При постмодерне на место интеллектуалов пришли шоумены и спортсмены, на место промышленной буржуазии – финансовый капитал и компании, работающие в сфере Интернета, на место рабочих – бармены, проститутки и аниматоры. При постмодерне только распределяют, но больше ничего не производят. Система жизнеобеспечения окончательно разрушается. Европейское общество больше не способно воспроизвести и защищать себя. Вообще продуцировать что-либо.

«Культура достижения» развилась до самоубийственного абсурда. На место масштабных целей, достижение которых требовало планомерного труда и лишений, пришло массовое «обожествление» сиюминутного удовольствия, власти или богатства. Жизнь строится по принципу «пира во время чумы». О будущем большинство западных людей по настоящему не заботиться. Полностью потеряно ощущение исторической перспективы.

Конечно, влияние глобального европеизированного мира на неевропейские культуры нельзя сбрасывать со счетов. Ведь глобализм в последние десятилетия несёт не столько новые идеалы и жизненные ориентиры, но более удобные и эффективные бытовые практики. Которые помогают реализовывать потребности, общие для всех людей. С которыми редко борются даже последовательные ретрограды.

И эти практики исподволь разрушают традиционный уклад. Поэтому, например, постепенно снижается рождаемость во многих исламских странах. Пусть и не до западного уровня. Но всё же.

Европейские лидеры и идеологи, отказавшись от самих себя ради эффективных бытовых практик, могли даже рассчитывать на постепенную победу надо всеми и вся. Однако такая политика слишком быстро уничтожает европейские народы – основу глобализма. А вместе с ними – и эффективную экономику. Социальная система общества глобального потребления слишком быстро пожирает саму себя. Насущным становится появление нового.

Такая ситуация должна была рано или поздно сложиться среди хотя бы части разумных существ. Разум приводит к тому, что некий предмет обретает собственную ценность. Независимую от его утилитарного назначения. Или значимости в жизненном мире в целом. Это и привело к появлению искусства как такового. Даже каменные топоры в неолите делались как настоящее произведение искусства.

С появлением производящего хозяйства и государственности люди достигли действительно масштабных достижений, поднялись над природой. И им теперь постоянно приходится бороться со злом, порождённым не природой, а собственным разумом и собственными успехами. Дальнейшее развитие человечество происходило по инерции, вынужденно.  И совершенно не обусловлено стремлением человека к выживанию. Развитие бобернулось военной угрозой, жестоким социальным неравенством, деградаций единства общности «своих». Чем больше были успехи, тем больше – опасности и уродство жизни. И тем более изобретательными приходилось быть для их хотя бы частичного преодоления. Человеческая жизнь не становилась лучше. И  к улучшению не способна. Любой успех – лишь короткая передышка в самоубийственной гонке разума. Который порождает только новые опасности.

Но в целом различные цивилизации всё же ограничивали значимость единичного: вещи, человека, социального института и пр.. В новой Европе и России это ограничение впервые было радикально отброшено. Разум добился максимального воплощения одного из своих основных качеств. И стал представлять реальную опасность для выживания общества. Неминуемо жесткое ограничение разума и значимости всего единичного. Если общество хочет выжить. Европейская цивилизация как притча продемонстрировала все те возможности и опасности, которые открыты для разумных существ.

Ещё на заре эпохи просвещения такую судьбу цивилизации предсказал известнейший разработчик философии истории Джамбаттиста Вико: «Наиболее значительная идея заключалась в том, что именно различная душевная организация людей, сначала почти животная, а затем постепенно гуманизировавшаяся, порождала соответствовавшие ей нравы, социальные и государственные институты на каждой ступени  – от безгосударственной разъединенности гигантов до народной республики и абсолютной монархии. Сила творческой фантазии идет на убыль, её место занимают рефлексия и абстракция. Прокладывают себе дорогу справедливость и естественное равенство, разумная природа людей, «которая только и является человеческой природой». Но человеческая слабость не позволяет полностью достичь совершенства или удержать его. Народ, приближающийся к совершенству, оказывается жертвой внутреннего нравственного распада, возвращается в прежнее варварство и начинает тот же жизненный путь»[1].

Итальянский философ опирался на разработки античных мыслителей, которые уже имели опыт наблюдения за взлётом и последующим крахом культур. И на этой основе пришли к выводу о циклическом развитии цивилизаций.

Относительно короткие циклы становятся частью более длительных: например, становление и крушение античности укладывается в «осевое время», так же как и развитие европейской цивилизации – от Средневековья к Новому времени и постмодерну. Оба этих цикла укладываются в общий цикл повышенной культурно-исторической активности «осевого времени». Возможно, «осевое время» – часть более крупного глобального цикла.

Каждый цикл только в самой общей схеме повторяет предыдущий. В конкретно-историческом измерении история никогда не повторяется. Исчезают и появляются новые народы, необратимо изменяется техника, религиозные и этические представления.

В рамках Европейского осевого времени сохраняется общая схема. Бедное, жестко организованное, коллективистское и консервативное общество постепенно развивается в богатое, высокоразвитое, ориентированное на инновации и индивидуализм. Последнее уничтожает само себя, уничтожая национальные коллективы выживания и доводя до опасной степени развития свои особенности. Потом всё возвращается к изначальному, консервативно-коллективистскому состоянию, но на основе новых этносов, религий и ценностных систем.

Такова система развития цивилизаций европейского типа: затяжной и чрезмерно активный подъём, за которым следует резкое и жестокое крушение, потом начинается развитие во многом новой цивилизации, которая усваивает только самые эффективные и необходимые достижения предыдущей.

Есть восточный вариант исторической эволюции, когда период бурного развития более короток и менее интенсивен. Отбор перспективных достижений и «ужатие» цивилизации происходит в рамках одной и той же культурной парадигмы без разрыва преемственности. Таким образом развивались китайская и исламская цивилизации. Такое «ужатие» этих цивилизаций произошло после и под влиянием монголо-татарского нашествия. Надстройка «цивилизованного» уклада не опиралась, в отличие от Европы, на «сверхсильную» надстроечно-государственную машину и оказалась относительно легко деформируемой на «верхнем» уровне и подлежащей переформатированию, ограничению креативного потенциала. При этом активизировались и актуализировались общинные и родственные связи, коллективы выживания. Их система во многом заменяла государство.

Нашествия кочевников не породили ничего нового, однако они резко ослабили «верхний» уровень культуры – культуры индивидуалистов и одновременно актуализировали традиционные, консервативные тенденции: например, в Средней Азии переход кочевых общин к земледелию способствовал укреплению общинного начала.

В этих цивилизациях не было полноценного постмодерна. Этап быстрого роста и развития достаточно быстро переходил в неотрадиционный уклад. Всё неспособное к биологическому и социальному воспроизводству сразу уничтожалось, а не искусственно поддерживалось, как это было в рамках европейской цивилизации.

Мощной  преградой на пути идеологии «земного рая», земной «результативности» был и является ислам. Достижение гармонии, счастья, блаженства в нём решительно выносится в иной мир. Регулирование же земной жизни направлено не на трансформацию в соответствии с идеалом счастья и гармонии. Но на сохранение традиционных установок. Пусть и не дающих счастья и самореализации. Но способствующих сохранению и передаче традиции. Которая, в свою очередь, может помочь человеку достичь блаженства в ином мире.

Современный агрессивный политический ислам совмещает установки традиционного ислама на загробное блаженство с новоевропейскими идеалами установления идеальной социальной и политической гармонии в этом мире. Так называемая справедливая жизнь «по шариату». Политический ислам активнейшим образом использует идейные наработки и ментальные образы фашизма и коммунизма. Он – наиболее мощный наследник тоталитарных идеологий XX века. Через него в культуру выживания проникают элементы культуры достижения. Активизирующие социальные процессы. Одновременно политический ислам типичный постмодернистский политический проект. При этом активно ведущий человечество к неофеодализму.

На Северном Кавказе не было и собственного (отличного от российского) модерна. На определённом уровне развития, представляющий традиционный уклад архаичных «общин без первобытности», на Северном Кавказе очень быстро включались архаизирующие механизмы. При этом на Северном Кавказе коллективы выживания веками выполняли функции государства. Так же очень часто под влиянием нашествий кочевников.

Немалую роль играл и играет на Северном Кавказе и ислам. Во многом – как опора для сопротивления европейскому (российскому) модерну и постмодерну. При этом агрессивный политический ислам во многом продолжает дело европеизма в разрушении замкнутых кавказских идентичностей. В глобализации кавказцев. Одновременно он помогает нести базовые кавказские ценности и ментальные установки «в мир».

Европа же (за исключением России) не знала столь разрушительных завоеваний, испытывала «блистательную изоляцию». Местные кандидаты в «потрясатели Вселенной» получили также жестокий отпор, и в первую очередь – от России… Но и Россия не знала полноценной длительной иноземной оккупации.

Но в обоих случаях первоначально цивилизация развивается и усложняется, потом начинается упадок и стагнация. Достижения цивилизации разделяются на актуальные и неактуальные. Последние исчезают, а актуальные получают дальнейшее развитие. Бурный рост после этого прекращается. Цивилизация только воспроизводит наработанные шаблоны.

На Востоке модернообразные всплески культуры быстро привели к появлению неотрадиционализма, очень близкого к традиционализму обычному. Коллективы выживания сохраняются.

В Европе же возникли полноценные модерн и постмодерн. Сначала в период Античности, потом в эпоху «современности». Современные модерн и постмодерн оказались несоизмеримо сильнее античных. Европейская культура развивается по схеме «традиционализм – модерн – постмодерн – неотрадиционализм». Модерн и постмодерн способствуют резкому развитию и обогащению общества. Они наиболее последовательно стремятся к созданию единой Вселенной без своего и чужого и разрушают границы своего мира, структуру, коллективы выживания.

Сейчас мы находимся на стадии перехода от постмодерна к неотрадиционализму. Богатое, индивидуалистическое общество превращается в бедное коллективистическое. «Культура достижения» в мировом масштабе вновь заменяется на «культуру выживания».

Многие традиционные общества при этом сохранили способность  к культурному и физическому воспроизводству. Хотя и значительно трансформировались. Выжило больше их лучших представителей. И они оставили потомство. Одновременно представители этих общество усвоили наиболее полезные достижения европейцев.

Неевропейские культуры сохранили прежде всего систему своей самоорганизации. При этом их традиционная система хозяйствования и жизнеобеспечения чаще всего разрушена. Как не могущая быстро удовлетворять потребности в богатстве и самореализации, отчасти приблизившиеся к европейским. Или же система жизнеобеспечения не справляется с демографической нагрузкой.

Поэтому неевропейские народы не могут самостоятельно себя обеспечивать. И должны так или иначе прикрепляться к западной глобальной экономике. В связи с ослаблением западной социально-экономической системы и западных народов, с одной стороны, незападные народы пытаются добиваться более высокого статуса в ней. С другой стороны, возможности системы снижаются. И чтобы сохранять прежний уровень преференций, представители незападных народов стараются подчинить это систему себе.

Одновременно сильнейшие политические силы Запада заинтересованы в дешевой рабочей силе, лояльном электорате. В случае России – ещё и в посредниках – «откупщиках», позволяющих извлекать из населения прибыль в кратчайший срок.

Всё это создаёт дополнительную мощную поддержку притязаниям неевропейских народов. Которые стремятся к наиболее полному овладению западными территориями и западными богатствами.

Культура выживания ориентирована на максимально длительное воспроизводство и неизменность целого. Культура достижения акцентируется на частном, значимости кратковременного и единичного.

Отдельные элементы общества культуры выживания нередко несовершенны и недостаточно развиты. В обществе невысокий уровень комфорта и богатства. Однако общество культуры выживания компактно и эффективно. Его отдельные части успешно взаимодействуют друг с другом. И оно воспроизводит себя физически и культурно.

Общество культуры достижения имеет очень развитые отдельные элементы, высокий уровень комфорта и богатства. Временное и единичное такая культура стремиться превратить во всеобщее и вечное. Например, расширить мир европейца до размеров космоса. И сделать европейскую культуру общечеловеческой. Однако это достигается ценой разрушения и общества как целого, так и его необходимых составляющих – коллективов выживания. Поэтому и высочайшая культура и всевозможные богатства и достижения лишаются смысла. Они не способны         обеспечить обществу элементарного воспроизводства. Крайне эффективное в частностях исторической жизни, общество культуры достижения бесполезно в основном. Все его успехи дают бурный сиюминутный эффект и оборачиваются провалом.

Поэтому доминирование в мире стало переходить к этим традиционным обществам. А представителям западных обществ приходится думать о восстановлении своей системы физического и культурного воспроизводства. Что сделать им будет очень и очень трудно…

Культуры достижения в итоге дают массу наработок в сфере управления, техники и пр. для культур выживания. При этом сравнительно долго существовавшие культуры достижения склонны к самоликвидации. С одной стороны, многочисленные цели превращаются в самоцели, что разрушает единство культуры. Также самоцель поглощает энергию, нужную для физического и культурного воспроизводства. Одновременно культуры достижения достаточно эффективно и быстро решают задачи и устраняют породившие их вызовы. И необходимость в существовании культур достижения отпадет…

 

 

 

[1] Джамбаттиста Вико // www. wikipedia.org

Об опасности гриппа и простуды

Об опасности гриппа и простуды.

В последние годы зимние обострения гриппа и ОРВ проходят всё более остро. Вирусы мутируют, люди слабеют и пр. Поэтому необходимо быстро и своевременно обращаться к врачу, начинать принимать антибиотики (например, ингавирин, левалет). Если температура и кашель долго не спадают, необходима срочная флюрография на предмет выявления возможно начавшейся пневмонии. Тогда необходима срочная госпитализация и / или назначение сильнодействующих препаратов.

 

Русский народ: современное состояние

Русский народ: современное состояние.
Русский народ издавна представлял из себя иерархию разных квазисубэтносов и субэтносов. Которые на практике воспринимают друг друга едва ли не как разные народы, любая иерархическая конфигурация может быть оспорена и находится под постоянной угрозой. Поэтому для их взаимодействия необходимо координирующее властное начало. Однако субэтносы и квазисубэтносы, их отдельные группы были вполне способны помочь и отдельному человеку, и народу в целом.
К настоящему моменту единство так и не достигнуто, русский народ внутреннее разрознен. При этом субэтносы и квазисубэтносы так же разрушены и ослаблены. К активной социальной деятельности пригодны лишь некоторые малые группы и отдельные личности, способные решать лишь ограниченные задачи. Пусть зачастую и блестяще…

Ещё о крахе мировоззрений.

В ходе становления неофеодализма политические и идеологические структуры и мотивы  будут заменяться непосредственно экономическими и инфраструктурными.

Генетика и культура и жизни человечества. Критика академика Лысенко и Николаса Уэйда

Семён Резниченко.

Генетика и культура и жизни человечества. Критика академика Лысенко и Николаса Уэйда.

Известный американский научный журналист Николас Уэйд в своей книге «На зоре человечества. Неизвестная история наших предков» озвучивает весьма верные идеи по поводу огромной важности для специфики человеческих обществ адаптации к конкретным природным и социальным условиям, Уэйд справедливо призывает не идеализировать первобытность как «золотой век» мирных и толерантных людей.

Однако научный журналист пытается втиснуть факты в готовую схему, до боли напоминающую биосоциологизаторство и «селекционерство» первой половины XX в., как западное, так и советское. Он попал в ловушку Единого Основного Фактора, в роли которого у Уэйда выступают изменения в генетике. Последняя объявляется основной причиной изменений в жизни человечества, а история и культура – лишь отражением генетических изменений.

Условия жизни, безусловно, влияют на изменения генетики человека. Однако изменения эти не столь быстры, как считает Николас Уэйд либо академик  Лысенко. Накопление генетических изменений идёт постепенно и отнюдь не прямолинейно. Если бы генетика менялась так легко и быстро, то не было бы столько вымерших биологических видов. Причём вымерших задолго до появления человеческого фактора.

Хотя наличие целенаправленных установок культуры может ускорить процесс генетических изменений по сравнению с видами животных. Однако подобные изменения также не столь быстры, как смена господствующей политической идеологии и пр. И, главное, требования человеческой культуры чаще всего разнообразны и в той или иной степени противоречат друг другу. А чтобы быстро и эффективно влиять на генетику, они должны быть максимально просты и однозначны.

Генетика многое определяет в максимально простых и стабильных обществах, условия жизни которых не менялись очень давно. При радикальных изменениях условий жизни генофонд первоначально увеличивается либо сжимается. А инновации первоначально происходят именно в культуре. Именно культуру в подобных случаях пытаются превратить в «костыль», компенсирующий сравнительно слабую биологическую приспособленность к новым условиям. Именно это-то то и отличает человеческую приспособляемость от животной!

Именно народы, у которых в кризисных ситуациях начиналось активное и целенаправленное культуротворчество, обычно продолжали существовать как целое, преемственное с более ранними этапами жизни этого же народа. Пусть он и меняется генетически засчёт появления новых генетических линий либо переформатирования первоначально существовавшего генофонда.