От модерна к неофеодализму: отношение к своим

От модерна к неофеодализму: отношение к своим.

При модерне равнодушно-циничной политике государства смягчало отношение подчас чужих людей друг к другу как к своим. При постмодерне сформировалось  равнодушно –инструментальные отношения между формальными своими. От чего всё прежнее общество обречено на быстрое исчезновение. При неофеодализме новые коллективы и социальные связи между полноценно своими людьми будут формироваться во многом заново.

9 неофеодальных профессий, лидеры и ассистенты

Семён Резниченко.

Девять неофеодальных профессий, лидеры и ассистенты.

Социально-профессиональный состав общества при неофеодализме изменится коренным образом.

Основными профессиями станут программист, врач, инженер, воин, монтажника- наладчика, животновод / полевод, священник, архивариус и системный аналитик. Другие специальности вряд ли станут серьёзно востребованы. Причём последние три из основных специальностей будут достаточно редкими. Специальности могут и совмещаться: архивариус может быть и системным аналитиком, животновод /полевод – специалистом по переработке и хранению продукции. Либо такой специалист может обслуживать группу земледельцев.

Среди многочисленного «начальства» имеют шанс выжить, сохранить и повысить свой статус те, кто сможет наладить эффективное производства программного продукта, техники и продуктов питания. А также обеспечить безопасность этого производства, связанного с ним людей. У лидера может быть ассистент / ассистенты, которые могут в разных  вариациях выполнять обязанности священников / архивариусов, системных аналитиков. Среди ассистентов могут «угнездиться» и некоторая часть творческих развлекателей. Чем сильнее и богаче будет лидер, тем больше возможностей  у последних выжить.

В эгалитарных общинах возможности для выживания у людей, не занятых в производстве и обеспечении безопасности, будут гораздо меньше…

Большая часть элиты, не смогшая создать ил поставить под свой контроль необходимое производство, обеспечить безопасность, скорее всего, исчезнет. Очень туманны перспективы и тех, у людей с низкой квалификацией, тех, кто не владеет одной из указанных выше девяти профессий. Или не сумеет быстро освоить одну из них. Причём первые три освоить не так просто, а последние три явно  не будут испытывать «кадрового голода». Остаются воин, монтажник и крестьянин, в той или иной степени доступные для большего числа людей.

Невостребованными будут простые специальности, представителей которых легко заменят роботы.

Плохи шансы у большинства гуманитариев, экономистов — юристов – чиновников — развлекателей. И просто у людей со слабым здоровьем, чрезмерно социально- психологически привязанных к нынешним условиям жизни. Уцелеет мало невыносливых и негибких людей. Причём выносливость и гибкость важнее силы, ума и ярких достоинств.

Поэтому очень комичны попытки делить общество на «быдло» и «небыдло», «нормальных пацанов» и «ботанов». Есть люди, которые владеют специальностями и навыками, необходимыми для физического и духовного выживания общества. И те, кто ими не владеет. Есть выносливые, стойкие или просто толстокожие люди. И есть множество других…

Фото https://ru.dreamstime.com

1 си-уэт-ю-ей-и-оша-ей-в-тумане-и-и-тумане-63841480

Мир при неофеодализме

При неофеодализме бесконечный мир для человека ужмётся до ограниченного пространства с небольшим количеством предметов. Остальное станет ненужным.

Государство при неофеодализме

При неофеодализме государство имеет шанс сохраниться, ужавших до небольшого числа очень эффективных управленцев и воинов.

Размеры неофеодальных сообществ

Количество членов неофеодальных сообществ может оказаться очень небольшим. Достаточно персонала для нескольких автоматизированных систем.

Неофеодализм: неизбежность иррационального

Неофеодализм: неизбежность иррациональности.

Ранее я изображал неофеодализм как очень рациональную систему хозяйствования, социальных отношений и пр.. Причём рациональность основывается на недостатке всего и вся при возможности использовать ряд технических ноу-хау, а также на прямолинейно рациональную реакцию на этот недостаток.

Но нельзя забывать и о внерациональной стороне жизни. О таких важных для людей вещах, как престиж, устоявшиеся привычки, суеверия и необходимость порой жертвовать эффективностью ради сохранения важных для существования общества в целом принципов и идей. Особенно это проявляется тогда, когда люди научились  справляться со скудостью необходимых для жизни ресурсов и могут думать ещё и о чём-то ином.

Например, ради престижа, демонстрации широты своих возможностей при развитом неофеодализме могут использовать двигатели внутреннего сгорания на основе углеводородов, содержать учёных — гуманитариев.

Некоторые действия могут совершаться с помощью определённой категории людей либо определённых механизмов. Поскольку это будет символизировать связь со «светлым прошлым» и считаться приносящим удачу.

Опять же, возможно принципиальное поддержание жизни, причём иногда – на достойном уровне, на первый взгляд совершенно ненужных людей, тех же гуманитариев, например.

На первый взгляд, в этом нет особого смысла. Но вот престиж и уверенность в своих силах всегда очень важны и для отдельных людей, и для целых сообществ. Связь с прошлым очень часто необходима для поддержания идентичности, и, соответственно, единства и сплочённости. Для единства общества так же важна уверенность в чём-либо как основа психологического комфорта. Тот же опыт бескорыстной поддержки кого-либо также необходим для единства любого сообщества, особенно живущего в не самых лёгких условиях…