Семён Петров. О книге Семёна Резниченко «Опыт скептического консерватизма. Самопожирание цивилизации»

В последнее время растёт интерес к проблематике неофеодализма, коллективов выживания. И, по просьбе интересующихся, я кратко излагаю свою доктрину описания коллективов выживания и хода исторического процесса.

Большая часть этнических культур базировалась и базируется до сих пор на принципах культуры выживания, которая ставит своей целью физическое и культурное воспроизводство этноса. Любое общество культуры выживания основывается на коллективах выживания, минимальных, способных обеспечить (в идеале) автономное выживание своих членов. Речь идёт о семейно-родовых группах, территориальных общинах и пр. Коллективы выживания существуют из поколения в поколение и на практике объединяются в разветвлённые сети и образуют иерархии. Именно коллективы выживания выполняют основную нагрузку в физическом и культурном воспроизводстве этноса. Остальные структуры, в том числе и государство, выполняют по отношению к ним функции поддержки и координации действий в отдельных случаях. В целом эти функции – служебные, что бы там ни думали сами носители власти и представители различных элит.

В рамках культуры выживания этническая культура выступает как единая система, где всё подчинено потребностям физического и культурного воспроизводства. Каждый элемент культуры, каждый коллектив выживания, каждый человек имеют свое чётко обозначенное место и функцию, его развитие и возможности для изменения и совершенствования ограничены чётко установленной функцией в деле разных видов воспроизводства.

Этим принципам в корне противоречит западная культура, культура достижения.

В рамках европейской цивилизации происходит резкий взлёт культуры и уровня жизни, растёт значимость личности. Различные сферы культуры развиваются всё более самостоятельно от культурного целого. Эти процессы предшествуют модерну и соответствуют позднему Средневековью и эпохе Возрождения.

На следующем этапе размывается внутренняя структура европейского общества, уничтожаются сословные группы, падает значение коллективов выживания, происходит их размывание. Развивается вертикальная мобильность, принципы жизни элиты, основанные на индивидуализме, активно проникают в народную массу. Происходят революции. Бурно развивается наука и культура. Различные сферы общественной жизни окончательно получают самостоятельное значение от целого (экономика, культура, наука и пр.). Эмансипируется отдельная человеческая личность. Границы европейской цивилизации резко и стремительно расширяются. Это характерно для периода модерна. Соответственно это XVII – первая половина XX века.

Этот процесс основывается на разных разновидностях утопических идей ликвидации несовершенства земной жизни, освоения и, соответственно, также ликвидации любого пространства, маркированного как чужого. Каждый отдельный результат какой-либо деятельности осмысляется как самоценный независимо от полезности для выживания общества.

Следующий этап развития европейского общества характеризуется тотальной атомизацией. Европейцы лишены коллективов выживания и абсолютно зависимы от государства и его структур. В обществе господствуют немногочисленные организованные меньшинства, чаще всего – деструктивные. Самостоятельные сферы культуры и социальной жизни дряхлеют и вырождаются. Они «приносятся в жертву» экономической сфере, которая начинает деградировать. Разрушена не только внутренняя структура, но и внешняя граница европейского общества. Для громадного числа европейцев больше не существует «своего» и «чужого». Реальное производство заменяется различными видами делания денег из воздуха. Западные страны заселяются иноэтничными мигрантами. Социальные лифты и другие возможности для «среднего человека» резко сокращаются. В качестве идеологии используется либерализм, во многом уже не соответствующий реальным условиям общественной жизни. Любая социальная и идеологическая борьба превращается в видимость, симулякр, который поглощает самые разные сферы общества. Любая реальная деятельность заменяется имитацией и виртуальными аналогами, в том числе в значительной степени – деятельность органов государственной власти.

На смену обществу постмодерна идёт гораздо более бедное и консервативное общество, основанное, однако, на коллективах выживания и реальном промышленном и сельскохозяйственном производстве. Это будет общество неофеодализма, который синтезирует в себе различные аспекты культуры выживания и культуры достижения.

Чтобы сохраниться в этих условиях, русскому народу необходимо воссоздать систему коллективов выживания, связанных друг с другом в сети. Современным русским это не свойственно. Зато для русских характерна пластичность и способность менять свой образ жизни в зависимости от обстоятельств, что и внушает надежду.

Принципы организации в коллективы выживания могут помочь всем русским, желающим выжить самим и помочь выжить другим, своему народу независимо от мировоззрения и идеологических предпочтений.

К тому, чем нам постоянно приходится заниматься – обеспечением своих насущных жизненных интересов. Что поделаешь – чем дальше, тем труднее, потому что делается это за счёт других русских, но этот «ресурс» истощается и общество разваливается. Объективно скоро придётся отстаивать свои интересы (политические и очень простые – бытовые) и выживать совместно. Без насущной необходимости это делать не будут, но наличие такой «идеи» в своё время облегчит переход к практике.

Если у вас есть свои, надёжные люди, укрепляйте отношения с ними, объединяйте своих между собой и ищите другие группы людей, с которыми вы и ваши люди могли бы взаимодействовать.

 

Семён Резниченко. Репортаж с тонущей Атлантиды. Конец нашей цивилизации. М., 2014

Семён Резниченко. Репортаж с тонущей Атлантиды. Конец нашей цивилизации. М., 2014.

Наше время – переломная эпоха. Многие люди чувствуют себя повисшими над бездной. Незнающими, откуда они пришли и куда идут. Едва ли когда либо раньше человек чувствовал себя столь несостоятельным, дезориентированным, лишенным будущего. Ему не на что опереться.

Человек продемонстрировал сам себе всю глубину своего ничтожества. Способность обращать величайшие, добытые потом и кровью победы в поражения. Способность уничтожить и предать казалось бы вечное и незыблемое. Человек сам удивляется своей способности деградировать и обращать себе во вред казалось бы самое лучшее.

И такая эпоха особенно требует знания. И мы предпринимаем попытку хотя бы только прикоснуться к нему.

Я не праведник и мудрец, парящий над современной жизнью. Недостатки и пороки, описанные в этой книге – это мои недостатки и пороки. И я пишу о них с полным «знанием дела».

Я не стал утомлять себя и читателей детальным обоснованием своих идей. Тем более, это бессмысленно. Кому эти идеи понравятся, сам найдёт для них тысячи обоснований. А если не понравятся – никакие обоснования не помогут.

Резниченко С. Опыт скептического консерватизма или самопоедание цивилизации. М., 2014

Резниченко С. Опыт скептического консерватизма или самопоедание цивилизации. М., 2014

Эта книга о том, как появился нынешний уклад жизни и куда он нас завёл. И ещё заведёт в недалёком будущем. 


О том, что за изменения в жизненном укладе надо платить и переплачивать. Об избитой истине, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. И о стремительном беге на месте, которым является наша история.
А так же о том, что людям действительно надо делать, чтобы физически выжить, продолжить свой род и сохранить идентичность.
В книге на многие вопросы даны ответы с точки зрения антропологии. А не мифологии, как это обычно принято.
Автор книги обращается к русским людям, придерживающихся самых разных взглядов на жизнь и относящихся к самым разным социальным слоям. 

С.М. Сергеев. Резниченко С. Русские и русскость. М., 2015. Вместо отзыва

С.М. Сергеев   

Резниченко С. Русские и русскость. М., 2015. Вместо отзыва.

Книга С. Резниченко интересна, во-первых, яркой и нестандартной постановкой важнейших вопросов русской истории и современности. Простое перечисление тех проблем, которые затрагивает автор, займёт страницу, а то и две. Но это многотемье не создаёт впечатления хаоса, мысль автора связывает все сюжеты его книги воедино, она не разваливается на куски, всегда сохраняя цельность. Вторым важным достоинством книги является то, что её автор пытается решить все эти проблемы по своему, он всегда думает о них своей головой, а не довольствуется уже готовыми ответами. Можно соглашаться или не соглашаться с теми или иными выводами С. Резниченко, но они, как правило, далеки от общепринятых банальностей и провоцируют работу мысли. Книга по жанру, на мой взгляд, не относится к академической исторической науке, хотя автор профессиональный историк, и это хорошо чувствуется по его свободному владению материалом. Скорее это историческая эссеистика. Понятно, что если бы С. Резниченко работал в традиционном научном дискурсе, ему пришлось бы написать несколько томов вместо одной небольшой книжки. С одной стороны, для отмеченной выше синтетичности текста, обнимающего самые различные темы, и провокативности мысли эссеистическая форма оптимальна. С другой, для более углублённого разговора о той или иной проблеме отдельно – она явно недостаточна. Многие важнейшие тезисы автора (например, о неизбежности неофеодализма) без широкой доказательной базы повисают в воздухе – в них можно верить или не верить, но спорить с ними трудно именно из-за недостаточного количества подтверждающих аргументов. Так же слишком пунктирно прописана социально-историческая и социально-политическая генеалогия большинства рассматриваемых в книге особенностей русского социума и сознания. Мне, как историку, всего это не хватает, хотя со многими утверждениями С. Резниченко я «интуитивно» согласен. Но ещё раз повторяю, важнейшие, «проклятые» русские вопросы поставлены в книге остро и интересно, и потому ознакомиться с ней будет полезно всякому всерьёз о них размышляющему человеку.

 

 

Книга «Русские коллективы выживания»

http://golos.ruspole.info/node/4746
Пятисотлетнее русское имперское государство постепенно уходит из жизни. Оно уже почти никого не защищает, а скоро не сможет и наказывать. И свои проблемы людям придётся решать самим.
Русские не делятся на сторонников или противников каких-либо идеологий и верований. Они делятся на тех, кто что-то делает ради собственного будущего и для соотечественников, и на тех, кто не делает ничего. К сожалению, первых – абсолютное большинство.
Зато способные приносить пользу могут помогать друг другу и объединяться в коллективы выживания, вести образ жизни, благодаря которому человечество до сих пор существует…
В этой книге вы не найдёте традиционные рассуждения о «взятии власти», государственном строительстве и пр. Здесь предложена концепция поэтапного строительства этноса и общества «снизу».

Книга «Неофеодализм»

http://golos.ruspole.info/node/6028
Понятно, что нынешнему укладу жизни осталось уже не долго. А что же идёт ему на смену? Неофеодализм.
Общество бедное, экономное, жестко организованное. Где люди вновь привыкнут ценить любую пригодную для чего-нибудь вещь. А больше всего – поддержку и помощь друг друга. Те, кто сможет выжить.
В этой книги вы сможете прочесть, что это за общественный строй и что ждёт при нем людей. Каким будет новый образ жизни. Какие качества будут востребованы, а какие – смертельно опасны. У кого больше шансов выжить, у кого – гораздо меньше.
Так же вы сможете узнать, почему неофеодализм регулярно повторяется в человеческой истории, и что ведёт к его появлению.

Книга «Русские и русскость»

http://rbardalzo.narod.ru/news/russkie_i_ruskost/2015-08-14-112
В издательстве «Голос эпохи» вышла новая книга футуролога Семена Резниченко — «Русские и рускость».
Основа русскости – многообразие и изменчивость. В пространстве, во времени, во взгляде на мир, в ощущения реальности.
Русскость появилась затянувшихся на долгие столетия миграций, встречах с самыми разными народами, природными и социальными условиями жизни. Всё это бесконечно менялось и меняется до сих пор.
В одних условиях бесполезно и даже вредно, в других – это же спасительно и необходимо. Близкие родственники расходились по разным социальным и географическим мирам. Сегодняшний мир завтра сменялся на новый.
Это породили психологическое многообразие русских, способность гибко и самостоятельно мыслить и действовать, высокую креативность.
В результате русские заселили огромные и непохожие друг на друга пространства, справились с громадным количеством брошенных им угроз и вызовов.
Но одновременно русские стали очень далеки друг от друга. Русский народ включает в себя как бы множество «народов», которые непрерывно дробятся, появляются и исчезают, противопоставляя себя друг другу. Причём эти народы живут на одной территории и считаются одним целым. Отсюда революция, гражданская война, крушение СССР, произвол сильных, ослабление сплоченности и традиций.
Останется ли русский народ таким в будущем или перейдёт на более общепринятые принципы в Евразии организации и ответов на вызовы. Основанных на единстве, единообразии, сплочённости? Сохранится ли сам русский народ?
Это будет зависеть от того, сохранится ли русская государственность или значимая, позитивно окрашенная историческая память о нём. А так же будет ли продолжать русские последовательно оказываться в разных условиях, сталкиваться с разным этническим окружением и отвечать на разнообразные, постоянно меняющиеся вызовы. Либо этническое окружение, условия и образ жизни потомков современных русских стабилизируются и унифицируются.