Кочевой мир

Семён Резниченко

Беседы и суждения. Вып. 44.

 Кочевой мир.

Великое переселение народов.

Великое переселение народов продолжается в Евразии с эпохи бронзы и по сей день. Во многом именно оно определяет специфику региона.

Евразийские кочевники — роль в истории

Между народами. Часть 5. Евразийские кочевники: роль в истории.

http://www.apn.ru/special/article33654.htm
Сейчас много пишут о историософском значении кочевников евразийской степи. О кочевых империях как предшественниках России. Какую же действительно роль сыграли представители кочевой цивилизации?

Создателями этой цивилизации были индоевропейцы – иранцы. Культура и идентичность которых почти не сохранились до нашего времени. Единственное исключение представляет осетинский народ.

Кочевыми иранцами были созданы основы. Само кочевое скотоводство. Пригодные к нему породы скота, система и методы его выпаса на равнинах и в предгорьях. На начальном этапе заселения какой-либо территории кочевники непрерывно движутся большими группами туда, где есть корм для скота и военная добыча. По завершении освоения территории скотоводы кочуют уже отдельными родами по чётко установленным маршрутам, подолгу остаются на одном месте. Где иногда возникали и постоянные поселения. В предгорьях скотоводы с наступлением тепла поднимались в горы. С началом похолодания – спускались в долины. Существовали развитые скотоводческие религиозны культы.

Воинская культура кочевников. Включающая в себя способы ведения боя (искусное применение как лёгкой, так и тяжелой кавалерии). А так же система подготовки, мировоззрение и психология кочевого воина. Человека, живущего и кормящегося войной. Гордого, спесивого, презирающего труд, комфорт и достижения цивилизации. При этом ценящего яркость и богатство как признаки превосходства и доминирования. Появились и специфические воинские культы. Самый ранний из известных – куль скифского бога-меча.

Сложилась кочевническая этика, основой которой стали благотворительность и помощь собрату, попавшему в беду во что бы то не стало. А так же правдивость и верность слову. Эти основы этики были напрямую продиктованы нестабильностью жизни и постоянным движением. Где прежде богатый человек оказывался на грани голодной смерти, а постоянно передвигающийся кочевник всегда сталкивался с чем-то новым, о чём нужна была точная информация.

Сложилась и кочевническая социо — политическая традиция. Приспособленная к жизни в крайне нестабильных и тяжелых природно-хозяйственных и политических условиях. Основой которой стало сохранение коллектива выживания – кочевого рода. Выживание рода подразумевало набор весьма гибких и разнообразных поведенческих стереотипов. Жесточайшая агрессия, подавление соседей, сопровождавшаяся объединием в крупную общность могла сравнительно легко и быстро смениться союзничеством и даже подчинением. Так же общность распадалась и роды выживали каждый сам или объединялись в новую общность. С достаточно быстрым изменением идентичности и даже языка. В зависимости от ситуации. Род был всем. Всевозможные орды – чем-то временным и служебным.

Дело в том, что система жизнеобеспечения кочевников не была самодостаточной. Они постоянно нуждались в продуктах земледелия и ремесла, которые сами не производили.

Иранцы создали и многое другое. Традиционную одежду кочевника, средства передвижения, материалы и пр.

При этом кочевники – иранцы преуспели в деле создания кочевых империй гораздо меньше, чем их последователи. Да, они создавали обширные и мощные объединения. Но они были сравнительно рыхлыми и не централизованными. Попытка создания Великой Скифии царём Атеем провалилась.

Иранцы были своеобразными греками степей.

На их место на рубеже н. э. пришли римляне. Т.н. алтайские народы. По преимуществу тюрко — монголы. Отчасти тунгусо — манчжуры и близкие им по образу жизни угры.

По своей глубинной сути алтайские народы – один из вариантов дальневосточной цивилизации. Как бы они не враждовали с оседлыми китайцами. Основа традиции была и оставалась общая. Она подразумевала очень развитую способность к заимствованию. Охотники полуосёдлые земледельцы и скотоводы, жившие в лесостепях юга Сибири, заимствовали у иранцев традицию кочевого и полукочевого скотоводства. А у противников-китайцев – идею могучей и священной центральной власти.

Вот тогда-то и появились настоящие кочевые империи, централизованные и огромные. Такие, как Тюркский и Хазарский каганаты, империи Чингизидов, манчжурские государства в Китае, Венгрия. Иранские кочевые роды по большей части влились в эти империи, передав им свою культуру и генофонд. И заимствовав язык и идентичность. Хотя некоторые тюрко-монгольские общности продолжали жить по старинке, децентрализованными союзами родов. Например, печенеги и половцы.

Потом способность к заимствованию превратила Венгрию в европейскую страну. Угро-алтайцы так или иначе участвовали в формировании японцев. Способность к заимствованию вместе с дальневосточными принципами рациональной организации жизни сделали Японию самой европейской страной Азии. На другом конце Азии большую способность заимствовать как у мусульман, так и у европейцев проявили турки. Однако их способность растворяться в заимствованиях ограничена исламом.

Кочевники соприкасались с другими народами прежде всего в ходе военных конфликтов. Поэтому они оказывали влияние на сферу, так или иначе соприкасающуюся с военным делом. В своё время скифы и сарматы очень плотно соприкасались с народами Северного Кавказа. Например, кавказцев хоронили вместе со скифскими аристократами. И, по сути, фиксирующийся позднее кавказский воин – социопсихологически весьма сходен с представителя скифской воинской касты. Вряд ли кочевники принесли кавказцам сам институт мужского воинского союза. Но контакт с ними развил и довёл до высокого уровня этот социальный институт.

Таким образом, кочевники несли соседям милитаризацию общества. И тесно связанные с нею глубинные социо — культурные изменения. Влияющие далеко не только на военную сферу.

В борьбе с кочевниками у земледельцев оказывались востребованными наиболее жесткие, патриархальные и авторитарные формы социальной организации. Когда кочевники сами становились земледельцами и горожанами, они приносили с собой гораздо более традиционный, простой и коллективистский уклад жизни.

Воздействие кочевников породило восточный вариант исторической эволюции. Когда период бурно развития более короток и менее интенсивен. Отбор перспективных достижений и «ужатие» цивилизации происходит в рамках одной и той же культурной парадигмы. Без разрыва преемственности. Таким образом развивались китайская и исламская цивилизации. Такое «ужатие» этих цивилизаций произошла после и под влиянием монголо-татарского нашествия. Надстройка «цивилизованного» уклада не опиралась, в отличии от Европы, на «сверхсильную» надстроечно-государственную машину. И оказалась относительно легко деформируемой на «верхнем» уровне. И подлежащей переформатированию, ограничению креативного потенциала.

Нашествия кочевников не породили ничего нового. Однако они резко ослабили «верхний» уровень культуры. Культуры индивидуалистов. И одновременно актуализировали традиционные, консервативные тенденции. Например, в Средней Азии переход кочевых общин к земледелию способствовал укреплению общинного начала.

В этих цивилизациях не было полноценного постмодерна. Этап быстрого роста и развития достаточно быстро переходил в неотрадиционный уклад. Всё недостаточно устойчивое и слишком индивидуальное сразу уничтожалось. А не искусственно поддерживалось, как это было в рамках европейской цивилизации.

Таким образом, воздействие кочевников на оседлые народы порождало «неофеодализм в феодализме». Ну, или в «восточном способе производства», который становился от этого ещё более восточным….

Европа (за исключением России) не знала столь разрушительных завоеваний. Испытывала «блистательную изоляцию». Местные кандидаты в «потрясатели Вселенной» получили так же жестокий отпор. И в первую очередь – от России…

Можно согласиться с Л.Н. Гумилёвым в том, существует Евразия, территория от Японии до Польши и Венгрии, на которую оказали влияние кочевники. На этой было нарушено естественное развитие, изолированное и поступательное. Было создано во многом принудительное единство, созданное ответами на сходный вызов. Без воздействия кочевников кавказцы гораздо больше были бы похожи на этрусков, славяне – на древних греков, жители Средней Азии – на провансальцев. Если бы всем им позволили развиваться в соответствии с изначальными ментальными установками и внутренними тенденциями…

У славян соприкосновение с тюрко — монголами привело к развитию другого военно ориентированного социального института – верховной власти. Болгарам тюрки принесли его на прямую. У других славян резко укрепилась местное монархическое начало. Верховный священный правитель у них в своё время нередко назывался каганом. И не только на Руси, активно соприкасавшейся с тюрками. Каганом назывался священный правитель острова Рюген, от тюрок весьма далёкого. Весьма вероятно, что восточные славяне заимствовали у тюрок принцип «быстровозводимого» военизированного государства.

Оборона от тюрко-монгольских кочевников породила принятие восточноазиатских управленческих принципов в Московской Руси. Которая появилась и существовала ради обороны засечных черт. В гораздо большей степени, чем Китай – ради Великой стены.

Но перед этим кочевой мир Евразии был жестоко подорван «изнутри» войнами и политикой Чингисхана и Тамерлана. С одной стороны, в этих войнах погибло много кочевников, как противников великих завоевателей, так и их сторонников. Великая Степь «надорвалась» в их масштабных и по сути бессмысленных свершениях. Одновременно присущие Чингисхану и Тамерлану, многим их сторонникам этатизм вместе с рационализмом и циничным индивидуализмом подорвали этическую основу кочевого быта. (Фактической идеологий Чингисхана и Тамерлана был китайский легизм). Были резко ослаблены солидарность, коллективизм и другие нравственные устои. Таким образом, Чингисхан, чингизиды и Тамерлан стали для кочевников тем, чем Ленин и Сталин для русских…

Переселения, подвиги и «обретение родины» у калмыков были не столь устрашающими и масштабными. Но гораздо более результативными и эффективными …

Россия, порождённая агрессией кочевого мира, ликвидировала кочевой уклад жизни. Не в смысле уничтожения народов, а в смысле ликвидации образа жизни, основанного на кочевом скотоводстве и перманентной войне.

И, с исчезновением этого образа жизни, неустойчивые конгломераты родов и племён стали превращаться в полноценные хорошо интегрированные народы. Стабильные, имеющие чёткую территорию проживания.

Например, за время пребывания в составе Российской империи и СССР, за постсоветский период с казахами произошло то, что происходило с мадьярами в период «обретения родины» и переходу к оседлости. Появился оседлый урбанизированный народ с развитым собственным государством. Который, как и мадьяры, использует память о кочевом прошлом для поддержания и формирования этнической самобытности.

«Самоликвидация» Киммерии.

Сообщение Геродота о том, что при приближении скифов киммерийские «цари» перебили друг друга, а народ ушёл в Азию, говорит о ритуале «официальной самоликвидации» Киммерии, управлять которой могли лишь священные цари из конкретного рода.

Скифы и кочевое общество

Вероятно, скифы и родственные им народы в целом завершили формирование той модели кочевого общества, которая была основана на власти священного царя. Сарматскому обществу был присущ больший партикуляризм.

Причина падения скифского царства.
Завоевательная программа царя Атея провалилась. Растущие запросы царских скифов приходилось удовлетворять засчёт населения самого царства. И это — при отсутствии развитого государственного аппарата. — Конфликты между элитными группами, элитой и народом попросту некому было сдерживать. Единство общности оказалось подорванным, чем и воспользовались соседи- сарматы.

Сарматка из Хохлача.
В кургане Хохлач на окраине Новочеркасска ещё в XIX столетии была открыто богатейшее погребение знатной сарматки, царицы или жрицы. Кто была эта женщина, точно неизвестно. Можно, например, предложить, что она была сакральной правительницей-медиумом, связанной с божествами и сообщающей народу их волю, своеобразным женским прототипом хазарского кагана в дотюркский период.

Амазонки: фантазия и реальность.

Некоторые учёные связывают женские погребения с оружием, характерные для евразийских степей, особенно сарматского периода, с «традицией амазонства». Под ней подразумевается большое количество женщин – профессиональных воинов, обязательная военная служба для девушек и пр.. Кроме скупых текстов античных авторов сторонники этой теории ссылаются на сравнительно многочисленные женские погребения с оружием.

При этом его нахождение в погребениях скифо-сарматской эпохи может не иметь отношения к военному делу. Ведь с оружием у ираноязычных народов было связано множество мифологических представлений, оно использовалось в различных ритуалах.

Можно предположить, что оружие могло символически оберегать либо контролировать умершую (покойная считалась колдуньей, умерла преждевременно, страдала некой специфической болезнью и пр.). Оружие как символ мужского начала могли положить в могилу девушки, умершей до вступления в брак и т.д. и т.п.. Подобных предположений можно делать множество, но проверить их по причине скудости сведений по этнографии скифов и сарматов весьма трудно.

При этом отдельные женщины скифо–сарматской эпохи вполне могли быть воительницами. Но тогда в их погребениях должен находиться достаточно полный набор наступательного и оборонительного оружия. Должны быть заметны изменения костей скелета под влиянием длительных нагрузок, связанных с использованием оружия того времени. Также могут быть показательные следы ранений, характерных для схватки лицом к лицу.

Наверное, более было распространено участие женщин в обороне селений и кочевых становищ в случае крайне опасности, возможно, умение пользоваться таким оружием, как лук. Ведь его можно применять и для добычи пропитания.

Ираноязычные кочевники и тюрки

Ираноязычные кочевники и тюрки. Для скифов и сарматов были характерны относительный индивидуализм, экспрессивность поступков, креативность. Для тюрок была более характерны коллективизм, сдержанность, рациональность, утилитаризм.

Гунны и копипаст.

Для гуннов (и их предшественников хунну) была характерна развитая способность подражать. Вот почему исследователям иногда трудно определить, идёт ли в данном случае о гуннах, или о ком-то другом….

Тюркизм и стремена

Изобретение стремян помогло повысить роль рациональных и спокойных людей в тюркском обществе по сравнению с обществом ираноязычных кочевников…

Империя Чингисхана.

Империя Чингисхана – порождение фронтира, соединения «человеческого материала» кочевников и китайской имперской организации, преимущественно – регулярной армии с централизованной организации и жесткой дисциплины. Именно благодаря регулярной армии, набранной их хорошо подготовленных кочевников, Чингисхан добился своих впечатляющих побед.

Свою роль в становлении империи сыграли представления монголов о возможности получить высокий статус в зависимости от личных заслуг. Среди кочевников восточной Монголии вообще были распространены представления, сходные с китайскими и  в целом восточноазиатскими (Чингисхан родился на северо-востоке Монголии).

Китай после Чингисхана

Несмотря на древность китайской цивилизации, современный вариант китайской культуры начал формироваться только после походов Чингисхана.

Крушение кочевых империй.

Крушение сильных кочевых государств и протогосударств открывали для земледельцев возможности для развития и роста. Но одновременно создавало для них же опасность в следствии миграций кочевников, как прежних «государственных», как и новых.

Выжить в Евразии.

Славяне были готовы и могли творчески пересоздавать мир, каждый раз новый. Тюрки, монголы сохраняли  алгоритм  этико –социального уклада, неизменный, как млечный путь при любых падениях и взлётах держав и династий. Финно-угры умели сохранять свой семейный мир, замкнутый и неизменный, при любых падениях держав и изменениях климата. Всё это — вершины развития навыков выживания в Евразии Точнее, в изменчиво-многолюдной части её севера…

Цыгане.
Большинство кочевых народов было ориентированы на кочевание в ландшафте с минимальным уровнем урбанизации, который был необходим для выпаса скота. Тогда как традиционные цыгане в своих перекочёвках тяготели к урбанизированной, по крайней мере, антропогенной среде.